Высота

– улыбнувшись, сказал Слава.

– Спасибо.– сказал я, улыбнувшись.

Мы с Гришей пожали ему руки и вышли. И вот мы идем на выход.

– Да, странно всё как-то.– сказал Гриша.

– Знаешь, я всё больше убеждаюсь в той теории, что самолет всё таки имеет душу.– тихо сказал я.

– Никогда бы не подумал, что ты такое скажешь! – усмехнувшись, ответил Гриша.

– Ты говорил о девушке.– добавил он у самых дверей.

– Да, это глупо, просто привиделось.

– Может это душа самолета? – иронично спросил Гриша.

– Поверить не могу, что мы такое обсуждаем.

Мы вышли на улицу.

Неподалеку стояла Таня.

– Увидимся, дружище! – воскликнул Гриша, протягивая мне руку.

Я посмотрел на него и по традиции- обнял его.

– До скорого.– сказал я, и Гриша уехал.

– Не холодно? – спросил я, подходя к Тане.

Она зверем посмотрела на меня.

– Извини меня, я не хотел тебя обидеть.– виновато сказал я.

– Ты всегда так поступаешь.– тихо сказала она, переведя взгляд на дорогу.

– Тань, ну я такой, и что с того? – спросил я, пытаясь вернуть ее взгляд.

– Полтора года я это терплю.– с презрением шепнула она.

Я перевел взгляд на парковку.

– Не терпи.– резко сказал я и пошел к машине.

Таня не успела ничего ответить, и я уехал.

Я гнал так быстро, как только мог. Захотелось побыстрее обнять Алису.

Из головы не уходил вопрос: а что всё таки случилось с самолетом.

За этими мыслями, я и не заметил как чуть не врезался в впереди стоящую в пробке машину.

– Черт! – крикнул я, испугавшись.

Я посмотрел направо и удивлению моему не было края.

На переднем сидении сидела белокурая, зеленоглазая.

– Это ты остановила меня? – тихо спросил я.

Она ничего не ответила и пальцем показала мне на дорогу.

Зеленый.

Я услышал щелчок пальцев и посмотрел на сидение- пусто.

Мне посигналили, и я рванул дальше.

И вот сейчас, я в абсолютном смятении.

Почему я вижу эту девушку?

Кто она? Ангел? Демон? Призрак?

Что-то внутри мне говорило: «благодаря ей, ты живой».

Я приехал домой.

– Привет.– устало сказала Наташа, крепко обнимая меня на пороге.

– Алиса спит? – спросил я.

– Да, Олеж, сейчас семь утра.

Я поплелся в душ, пытаясь смыть с себя все эти странности.

После, одевшись в домашнее, я лёг к Алисе и бережно обнял ее. И всё же мужские скупые слезы вырвались из глаз. Чувство вины всё равно покрикивает на меня периодически… Закрыв глаза и проглотив слезы, я уснул.