Где собака зарыта

Увидев нас, она в нерешительности замерла. Нерешительность – сугубо человеческая черта, и такая интересная: она заставляет их самую чуточку трепетать. Но что все это должно значить, даже не спрашивайте.

Сьюзи медленно к нам подошла.

– Привет, Берни, – сказала она. – Привет, Чет.

Берни кивнул. У него в арсенале было много кивков. Конкретно этот означал – что ж, подождем и посмотрим.

Сьюзи перевела взгляд на Нэнси.

– Вы ведь Нэнси Малон? – спросила она. – Тренер Принцессы?

Нэнси кивнула в манере, очень похожей на кивок Берни.

– Сьюзи Санчез из «Трибуны Долины», – сказала Сьюзи. – Я оставила вам несколько сообщений на автоответчике.

Нэнси облизнула губы. Мы с Берни всегда за этим следили, я – потому что любил маленькие человеческие языки, я ведь уже об этом говорил, да? А Берни – по каким-то своим причинам.

– У меня не было времени его проверить, – сказала Нэнси.

– Можете сейчас уделить мне минутку?

– Простите.

– Когда сможете? – не отступала Сьюзи.

– Я к вам вернусь, – сказала Нэнси.

– Надеюсь, что скоро, – заметила Сьюзи. – Думаю, в интересах всех, чтобы мы рассказали историю как можно точнее.

– Да ладно? – Нэнси повернулась и исчезла за той же самой дверью, из которой только что вышла Сьюзи.

И что теперь? Все это меня озадачило. Я придвинулся поближе к Берни. Сьюзи взглянула на него через полуприкрытые ресницы – словно пыталась защититься от невидимого сигаретного дыма.

– Значит, ты немного приврал, когда сказал, что тебя сняли с дела? – спросила она. – Или тут что-то другое?

– Что-то другое, – сказал Берни. Сьюзи посмотрела на него долгим взглядом.

– Берни, – сказала она. – В чем дело? Что пошло не так?

– Где пошло не так? – сказал Берни. Ага! Он ответил на вопрос вопросом. Я не до конца понимал, что тут происходит, но любил, когда он так делает.

А вот Сьюзи, кажется, не очень это нравилось – это я мог сказать по морщинкам, которые появились на ее лбу, и по тому, как сузились ее глаза.

– Ты специально ведешь себя, как идиот?

– Ну, это выражение по своему определению подразумевает умышленность.

– И зачем? В чем смысл?

Эй! Они что, спорят? От этого мне стало грустно. Сьюзи что, не нравится Берни? Или Берни не нравится Сьюзи? Я повернул голову и принялся грызть зубами шерсть на боку.