Где собака зарыта

Но это было не главным. Главным было то, что желтоватая лужица расширялась очень быстро и быстро достигла ботинок Берни – черных кожаных туфель, которые тоже обладали очень интересным запахом, к слову говоря. Но сейчас мы не об этом. Сосредоточимся на расплывающейся по асфальту луже – целому озеру – и тому, как Принцесса все это время неотрывно смотрела на Берни.

– Долгий полет, – сказал он, отступая в сторону.

Тут Принцесса проделала кое-что, чего я прежде никогда не видел. Все еще присев на задние лапы, ни на секунду не прерывая льющийся из нее поток, она по-крабьи двинулась в его сторону.

– Кажется, вы ей понравились, – заметила Аделина.

– Определенно, – согласилась Нэнси.

– Ну, кхм, – Берни сделал еще один шаг в сторону, поднял ногу и оглядел подошву – и да, она была мокрой.

В конце концов Принцесса иссякла. Она выпрямилась и спокойно встала, почему-то высунув розовый кончик своего крошечного языка.

– Может, побалуем нашу маленькую звездочку? – сказала Аделина. – Есть кусочек бекона?

– Я немного беспокоюсь о ее весе, – ответила Нэнси.

О весе? Да у Берни под кроватью были клубки пыли, которые весили больше, чем Принцесса.

– Один кусочек не повредит, – решила Аделина. – У нее был трудный день.

Нэнси достала из кармана кусочек бекона. Отличный был бекон, толстый и ровный, я такого никогда не видел. Она подошла к Принцессе, держа на вытянутой руке лакомство и улыбаясь, и зубы у Нэнси тоже были отличные – крупные и белые. Принцесса так и стояла, неподвижно замерев.

А что касается меня… как бы это объяснить? Фактически произошло вот что: я вдруг очутился в воздухе, уши прижаты назад, лапы вытянуты в прыжке; и на полном ходу вырвал из рук Нэнси бекон – как раз в тот момент, когда она вручала его Принцессе. Возможно, я сбил Принцессу на землю – но совершенно случайно. Да вообще вся эта история была чистой случайностью.

А что касается кусочка бекона – он оказался просто великолепен на вкус.

Дальше я помчался по взлетно-посадочной полосе, одним махом проглотил бекон, и остановился у колеса самолета, чтобы задрать заднюю лапу. Без понятия, зачем я это сделал – никакой срочной нужды у меня не было, но чувство было приятное. Все же любят, когда им приятно? Или я чего-то не понимаю?

Глава шестая

Были в моей жизни времена, когда я чувствовал себя плохо.