Когда Мой Мир узнает об Этом. Письмо третье

Как бы я этого не желал долгое время, чтобы наконец все вскрылось, я спешно подошел к нему и начла отделять фотографии от папок с делами.

– Что это? – продолжая свою работу стоя рядом с ним поинтересовался я.

– Ты как маленький. Дела, которые не были раскрыты и люди, которым я помогаю избежать наказания, но они у меня на карандаше.

Я был очень спокойным по жизни человеком, но его рассказы с каждым разом становились для меня все противнее и противнее.

Он позорил профессию, к которой я стремился и шел столько времени, желая помочь всем нуждающимся, и тут из-за того, что именно он мой «наставник» я рано или поздно могу лишиться не только мечты, но и свободы.

– Можно посмотреть? – с непониманием произнес я.

Мне сейчас вспоминается этот момент, как семнадцать лет назад, когда я стоял с ним в том кабинете.

– Кого? – посмотрев на меня спросил он. – Эту? – он протянул мне фото и начал дальше рыться в документах.

– Красивая, да? – буркнул он. – Хочешь подарю? Найдешь, потом будешь пользоваться в случае чего. – смотря на меня с похотливой улыбкой проговорил он.

Я был в исступлении. Сторонние звуки и мысли пропали, я видел только его и девушку с этой фотографии. Мои мысли начало будоражить.

– Как-то было у меня с ней. Пропала потом куда-то… – это все что я услышал последнее.

Я опомнился только от усталости и увидел, как по полу в разные стороны расползается лужица крови.

В руках у меня была лишь ножка от деревянного стула. Все остальные части были почти в щепки разбросана по кабинету. Я вытер руки об кофту лежащего уже бездыханного человека, взял фотографию, и вложив ее во внутренний карман своей куртки, собрав ее досье, из этой картотеки, оставив его на столе.

Я сходил в туалет, умыл лицо и руки, благо мне никто не встретился в коридоре. Вернувшись в кабинет, чтобы забрать папку с важным для меня делом, я отправился домой.

По пути полностью осознав, что я сделал, мои руки затряслись.

Уже через пару часов, в мою съемную квартиру постучали сотрудники, которые пришли ко мне с обыском.

Весь пепел из ведра был уже давным-давно смыт в унитаз, а ведро отмыто и аккуратно стояла на балконе, а больше меня ничего не волновало, потому что в остальном я был чист.