Когда Мой Мир узнает об Этом. Письмо пятое

В тексте мне встречались знакомые имена людей, с которыми я совсем недавно познакомился, и было еще множество, с которыми мне предстояло познакомиться.

Как это могло произойти со мной? За мной что, кто-то следил? – думал я.

Самое для меня не объяснимое было то, что информация на тот момент предсказывала события на двадцать четыре года вперед, заканчиваясь записью две тысячи пятидесятого года.

Сказать, что я был шокирован, это было ничего не сказать.

Мне понадобилось два полных дня, чтобы все изучить.

Виктория не трогала меня все это время, думая, что я поругался с Кариной и у меня из-за этого плохое настроение, потому что я старался избегать общения с тетей, чтобы случайно не проболтаться о том, что я читаю и узнаю.

Отдыхал я только тогда, когда выходил в туалет и взять что-нибудь пожевать на кухне, сон у меня длился промежутками, по пару часов.

Через два дня дочитав все до точки, я размышлял лишь над двумя вещами.

Если все это правда, то откуда Кирилл взял эту информацию?

А вторая вещь, которая поселилась у меня в голове спрашивала у неизвестного будущего, в каких мы отношениях там в две тысячи сорок первом году с моим близким другом Максом? Ведь в этом еще пока не оправданном для меня тексте о будущем, было четко написано, что именно в пятидесятом году Люба стала моей женщиной.

В том далеком уже сейчас марте две тысячи двадцать шестого после прочтения, я просто сидел и смотрел в текс, обдумывая эти два вопроса, еще не подозревая что день, в который я начал читать, сменился ночью и так повторилось дважды, а потратив это время, в прочитанных строчках я обрел нового себя.

Немного посидев в утренней тишине, где не слышно не единого звука, рядом живущего человека, соседей за стеной, мимо проезжающих машин за окнами, я превратился во взрослого мужчину будущего, который был не просто заинтересован начать делать все что возможно будет сделать, а был одержим мыслью начать делать все прямо сейчас.

В этом написанном неизвестным тогда для меня человеком тексте, у меня был сплетенный из проволоки макет будущего, который я вместе с Кириллом и его другом Максимом был обязан укрепить до такой степени, чтобы эта хлипкая написанная конструкция, стала новым общим домом для уставшего от неизвестности человечества.

Я не помню сколько именно было времени, когда я позвонил Кириллу утром, но его голос был еще сонным.