Сними меня

Обычно, парней пугает само только слово, но… Джошуа выглядит очень заинтригованным.

– В смысле, та, что с хлыстами и в латексе?

Мне больше нравится кожа. Да и хлыстами арсенал инструментов не ограничивается. Но в целом он прав. Просто не хочется сразу пугать его тем, что делаю на работе. Джошуа ухмыляется было, но еще раз смотрит на меня, и улыбка начинает подрагивать.

– Ты серьезно?..

– Да, – отвечаю я. – И мне уже пора на работу. Квартира классная, но я тебе почему-то не доверяю. Зачем тебе кто-то, если ты сам богат?

– Я не богат, – выстреливает он.

– И?..

– Я выбрал тебя из всех, потому что ты лучше всех снимаешь.

Я поворачиваюсь к нему. Я тоже его, конечно же изучила. Все его фотки, весь его Инстаграм. И то, что ему банально нужен фотограф, кричало с последних кадров: «Сними меня!»

– Я не то, что не богат, я вообще в жопе, – цедит он сквозь зубы. – У меня ни фотографа, ни личного ассистента, ни супербота, который бы отвечал подписчикам… Все я сам! Мне даже коммуналку нечем платить, понятно? Инста помогает хоть как-то подзаработать, но без хороших фоток Инста – ничто… Ты умеешь гримировать?

– Нет! – говорю я честно.

– Но фотки-то ты сама делаешь?

Я опять смотрю на квартиру. Если бы он врал, он придумал бы что-то поинтереснее. Я уверена: фотографии – это важно. И карты он положил на стол.

– Сама.

Кивнув, он снова всматривается. Как самец стоматолога в редкий кариес.

– Ты похожа на одну бабу, – говорит он, – которую я видел с одним чуваком…

– Это могла быть я, но скорее всего, другая.

Он фыркает. Я обожаю людей, которым нравятся мои шутки!

– Ты, случаем, не работала на того больного придурка, который обещал всем вечную молодость за то, что они позволят себя пороть? Как же это все называлось?.. Кицунэ? Кацуе?

– Кхин-цуэ. Кицунэ – японская лиса-оборотень, которая соблазняет мужчину, чтобы съесть его мозг.

– Такое чувство, я всю жизнь встречался лишь с ними…

На этот раз смеюсь я.

– Так что насчет чувака?

– Я на него работала, – говорю я.

– Забавно. И теперь, хочешь снять комнатенку у парня, вроде меня.

– Он не так уж много платил, – отвечаю я. – К тому же, все много лет, как кончилось. Коннор уехал, и никто не знает куда. Но я зарабатываю чуть больше на его имени…

– И это правда? Ну, то, что он обещал? Вечная молодость и, – он делает непонятный жест, а сам очень пристально рассматривает мое лицо и шею.