Сними меня

Наверное, все началось с того, что он боялся проснуться связанным, с анальным кляпом во рту. Теперь он явно хочет быть в теме. Сейчас все помешались на БДСМ. Секс так доступен, что перестал быть чем-то волнующим. И после того, как Джош ознакомился и прикинул, что, где и как, он никак не может прекратить думать.

Гуглить, во всяком случае, он не перестает.

Я иду к его комнате. Стучу в дверь.

– Джош? Надеюсь, я не причинила тебе боль своими словами?..

– А если ты причинила?

– Если причинила, ты должен пятьсот евро.

За дверью слышится сдавленный смешок.

Затем, шорох. То ли он надевает футболку, то ли снимает штаны. Шаги… Дверь распахивается и Джошуа опирается локтем на дверную коробку.

– Чисто из интереса, сколько я был бы должен тебе, если бы обиделся в самом деле?

– С учетом скидки на саундинг?

Он ухмыляется. Вскидывает бровь. Театрально, но в то же время, естественно. Его взгляд опускается мне на тапки и медленно, словно старый лифт, поднимается вверх, к глазам.

– Серьезно. Сколько ты берешь со своих мужиков? За обычный секс.

Я поджимаю губы.

Мои любовники, а я, как бы нелепо это не прозвучало, всех их в какой-то мере люблю, оплачивают не секс. Они оплачивают меня.

Порядочные мальчики не поймут, но взрослым мужчинам тоже хочется, чтобы их любили. Чтобы ими восхищались. Чтобы не выносили им мозг. Чтобы не намекали на свадьбу, ребенка и знакомство с родителями. Мои мужчины платят мне за комфорт. За то, что я появляюсь как джинн, киваю, слушаю, исполняю желания, а потом исчезаю.

Бесшумно, как появилась.

Он не имеет права ставить вопрос.

– Чуть больше, чем ты со своей агентши, – говорю я.

Жить с ней, у меня денег нет!

8.05. суббота.

Его агентша меня не любит.

Джош ей соврал, будто я – фотографша, но у «порядочных» женщин нюх на таких, как я. Как собаки и лошади, по слухам, ощущают вампиров, так женщины-матери ощущают шлюх. Причем, мы не обязательно матери и шлюхи в буквальном смысле.

– Мне не нравится эта женщина, – говорит агентша после того, как Джошуа отработал на ней программу.

– В России они не любят, когда их так называют. Они хотят, чтобы их звали девушками.

Агентша фыркает.

– Инфантильные зависимые дурочки… Кстати, я не хочу усугублять, но славянские женщины могут быть агрессивны. Твое лицо и тело – твои инструменты.

– Только не Кэр.