За гранью чувств

Попутчик разместился в кресле рядом с Марком, чемоданчик положил себе на колени и заговорил чуть тише, чем раньше:

– Нас здесь совсем немного… да, в забытый город не так много летунов, только те, кто туда летит по принуждению или по призванию.

–А Вы по принуждению или призванию?

–По первому и по второму признаку. Я доктор, лечу в город второй раз, возможно, придётся остаться там на неопределённый срок.

-Марк,– инспектор протянул руку.

-Эмиль. Очень приятно. А Вы с какой целью летите?

– Я инспектор по качеству жизни.

-Ааа… понятно, – казалось, что доктор был немного разочарован, но старался не подавать виду.

-Вы удивлены?

-Если скажу нет, то совру. Вы гораздо моложе инспекторов, которые были до вас. Возможно, вы удивитесь, но хочется быть с вами откровенным, хотя это не в моих интересах, вы же понимаете. Вы – инспектор, а я – проверяемый вами, откровенность может сыграть злую шутку, – доктор запнулся, поняв, что сказал, видимо, лишнего, но, посмотрев на Марка, был загипнотизирован его очаровательной улыбкой.

-Буду тоже с вами откровенен. Всё это меня очень напрягает. Но я с ответственностью исполню свой долг.

– Вас пугает эта поездка?

-Да.

-Вы на удивление откровенен. Возможно, это совсем не плюс. Вы должны понимать, что соблюдение субординации с другими, а тем более с обслуживающим персоналом в городах – залог успеха и хорошей работы.

Не понимая почему, но Марк почувствовал симпатию к доктору, и ему совсем не хотелось сейчас соблюдать субординацию.

-Может, перейдём на "ты"? – предложил Марк.

– Хорошо, – улыбнулся Эмиль.

– Расскажи, пожалуйста, как там в городе?

– Думаю, что я ещё тот рассказчик, да и толком ничего не знаю, я из больницы не выхожу. Присмоторщики привозят ко мне людей, если есть какие-то подозрения на болезнь, либо я констатирую смерть уже умерших людей.

Марк не сдавался:

-А какие они, эти люди?

– Очень необычные, ты знаешь, за столько лет многие совсем разучились говорить, не слыша чужую речь. Но все по-разному: кто-то мычит, кто-то издаёт несвязные звуки, только те, у кого остался слух, могут говорить.

-Ты хочешь сказать, что есть дети? – воскликнул Марк, его удивлению не было предела.

Эмиль замолчал, поняв, что сболтнул лишнего.

-Эмиль, так есть дети?

-Извини, я сказал лишнего, не хочу, чтобы у меня были проблемы.

– Ну, я же всё равно узнаю, скажи мне, пожалуйста.