Герой пяти миров

Он сообразил, что дед Хо, разумеется, не самый сведущий по части волшебства в этих мирах, так что то, что он рассказывает – общеизвестная информация. Но и это уже было кое-что!

Дирк погладил рукой ветки своей лежанки. Они были похожи на ивовые, но всё-таки, при всей своей твёрдости, очень удобно складывались и сплетались, так что принимали расслабляющие для тела очертания.

«Похоже, Ди Кро приспосабливает их именно для меня, – подумал Дирк. – И температура под лежанкой регулируется: в ногах потеплее, у головы попрохладнее.

Он заботится об этом. Интересно, как он это понимает?

Остров, который рождает чужая, не родная людям планета – но который любит людей и готов стать им лучшим другом. Это сложно укладывается в голове. Казалось бы, преимущество должно быть у этих рыбонов или рыбоидов. Это им должны доставаться такие дары. Хм… Но, впрочем, они же могут жить под водой. И, наверняка, у них есть свои технологии и преимущества – там, в глубинах Океана. Поэтому люди туда и не суются. Но всё же…»

Дирк вдруг остро пожалел, что не обладает силой, способной поднять остров с морского дна, заставить откликнуться этот волшебный мир.

Эта грусть была щемящей и неожиданной. Неясно, что породило её, но она возникла и разлилась, как огромный солёный океан в груди человека иного мира.

Вцепившись в ветки, он несколько раз шумно втянул полной грудью холодный, наполненный запахом йода воздух. Его чувству требовалось бы подобрать своё, особое название. Он хотел простого и понятного всем здесь, на Океане, хотел стать их частью, насладиться близостью неведомого.

Дирк, словно ища выход своим чувствам, пытаясь зацепиться хотя бы за что-то, мысленно потянулся к Ди Кро. Он направил к нему свою печаль, представляя то, о чём рассказывал старик. Как он, Дирк, становится бесплотным духом и проникает вглубь, туда, где между кристаллических пузырей тянутся толстые, напоминающие аорты, ветви к самому средоточию.

И там был некий свет – неяркий, словно бы серовато-сиреневый, как сумерки.

Дирк предстал перед ним, растерянно и потрясённо. Только что он понимал, что воображает это всё по рассказу старика, но вот в какой-то момент воображение перешло в размытую реальность. Он действительно находился там.

Молодой человек в растерянности взирал на этот свет. Он и сам, похоже, был чем-то вроде призрака, только ярче. Мыслью он потянулся и как бы погладил это серовато-сиреневое свечение с благодарностью и теплотой. И тут же почувствовал ответ.