Неверный. Моя тайна

– Явился, не запалился, – съязвила мама, – Хороший знак, значит, ты ему не так уж и не нужна. Давай Веруня, сделай всё по-умному, не руби с плеча.

Я переглянулась с Дашкой, она подмигнула. Всё равно легче не стало ни от маминых слов, ни от Дашкиного подмигивания.

– Иди, открывай, – мама подначивает.

– Может, ты откроешь? – неуверенно остановилась я на пороге кухни.

– Ты же знаешь, если открою я, он выслушает по первое число, – улыбается мама.

– Сама иди, Вер. Маму туда нельзя пускать, – усмехается Дашка.

– Ладно, – я снова руку на живот положила. Теперь неосознанно делаю это постоянно.

Вышла в прихожую, глянула на себя в зеркало. Бледная, да. Не накрашенная. Ну и пусть смотрит. Уверенно шагнула из дома…

Глава 8

Даже не сомневался, что Вера подастся к своей мамаше. Она почему-то с самого начала меня не очень взлюбила. Может быть она и права. Но я не парюсь, я ведь не доллар, чтобы всем нравиться. Неприятность эту переживу как-нибудь.

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Сейчас моя цель вернуть домой свою жену, тем более беременную. Это уже не так просто. Это в корне меняет всю расстановку. Я даже согласен покончить со связью, только бы Вера меня простила и всё стало как прежде. Теперь мы будем родителями и я хочу, чтобы мои дети росли в здоровой, нормальной семье, где нет недопонимания между родителями.

Значит, сейчас задача, как угодно, любыми увещеваниями и уговорами, любыми обещаниями вернуть жену.

Подъезжаю к воротам, остановился. Сижу. Тяни не тяни, а выслушать придется. И я так подозреваю, от всех. Мамаша наверное уже в курсе.

Вышел из машины, нажал кнопку домофона. Вижу в щель, из дома вышла Вера, направилась к воротам. Ясно, значит всё довольно плохо.

– В дом уже меня не пускают? – усмехаюсь.

– Это не слишком хорошая идея, мама злая на тебя.

– Да. Конечно, понимаю, она же твой родной человек, ты должна была ей рассказать.

– Я не буду сейчас это обсуждать, – говорит гордо и на меня не смотрит.

– В больнице мне сказали, что ты беременна, – вперился взглядом в её лицо, смотрю на равнодушное выражение.

Вера повернулась.