Измена. Попробуй верни

Охренеть!

Этого только мне не хватало!

– Сейчас едем в больницу и ты избавляешься от ребёнка, – выпаливаю злобно.

– Нет. Я этого не сделаю!

– Что? – не верю в то, что слышу.

– Я не поеду в больницу и не избавлюсь от ребёнка, – она сжала на коленях руки.

Открыл дверь, вышел из машины, обошел. Встал на бордюре, нервно шагнул на тротуар.

Охренеть!

Смотрю беспомощно по сторонам. Чувствую, меня кидает в холодный пот, потом в жар. Чёрт знает что со мной происходит.

Догулялся, твою мать. Жесть.

Это что-то за гранью фантастики. Лучше бы мне этого не знать и не слышать.

Она беременна! Я собирался услышать это когда-то от Малики. Но никак…

Вот же твою мать!

Дверь машины хлопнула, Нана вышла и подошла ко мне, остановилась напротив. Смотрит, гордо вскинув подбородок. А я практически скриплю зубами, сжимая челюсть.

– Если ты бросишь меня, я расскажу отцу Малики и твоему отцу, что я беременна. И Лика узнает и все. Насколько я знаю у вас там какой-то договор с Маликой. Если она с тобой будет разводиться, то её отец попадает на компанию и на штрафы.

Я всё это знаю, – усмехается. – Так вот, я очень хорошо выяснила, что если – Ты изменишь Малике, то брак может быть расторгнут, не по её вине. И тогда ни она, ни её отец ничего не теряют. Ничего. Она может развестись с тобой – запросто. Если – ты ей изменил. А ты – ей изменил. Я докажу. У меня есть доказательства, – смотрит насмешливо и показывает на живот.

Такого взгляда я никогда от неё видел. Ощущение что эта сучка держит меня в своих руках и может распоряжаться этой властью, так как ей захочется.

Только теперь я понял, как сильно ошибся тогда, когда позволил себе залезть на неё.

– Ты что читала договор? – хриплю, сурово глядя ей в глаза.

– Конечно. Её отец постоянно про него талдычил. А однажды, я видела договор в его кабинете, когда его не было, а Малика пошла в ванную. Ты так просто не отделаешься от меня, Рустам. Даже не мечтай. Даже если ты меня убьёшь, есть человек, который всё знает, я и об этом позаботилась, – усмехается.

Безумие какое-то. Реально пропал дар речи. Стою и пялюсь на неё как баран. Тупой идиот, которого поимели и обвели как лоха. То есть, она не просто легкомысленно раздвигала передо мной ноги, но делала это продуманно.

Мне нужно подумать об этом. Сейчас я как будто попал в западню. Сильный огромный зверь, попал в клетку, из которой не в состоянии выбраться. С каждой новой минутой, я понимаю, это никуда не исчезнет, это надолго.