Клетка

Я не запрещал ей что-либо: любые развлечения и прихоти она с легкостью могла себе позволить, и у нее не было обязанности спрашивать у меня разрешения, словно она была девочкой-подростком и отпрашивалась у родителей на первую в жизни дискотеку. Смеялась часто, когда забирал ее из ночного клуба ближе к рассвету, причитая, что она не ответила больше, чем на десять сообщений. Возможно, меня можно было назвать сумасшедшим, но я знал о способностях некоторых личностей больше, чем хотелось бы.

Однако сейчас вид Беатрис меня ни на мгновение не остановил.

Внутри не возникло желания подбежать и помочь, освободить и отнести в комнату, бережно закутать в одеяло и принести горячий чай, лишь бы дрожь унять. Ни капли сожаления мое нутро не выработало.

Закрыв гараж, я торопливым шагом направился обратно в дом. У Беатрис не было ни единого шанса на побег: она связана прочными узлами, от которых без какой-либо помощи не избавиться, а дверь закрывалась на два замка, один из которых спрятан, и открыть его можно было лишь с наружной стороны.

Несмотря на долгий рабочий день, совершенно не хотелось спать. Слабость также отсутствовала. Все тело было напряжено, и я никак не мог избавиться от этого давящего чувства.

– Когда уже наступят спокойные дни, и я снова буду обычным человеком, а не роботом?

Я судорожно проверял телефон каждые пять минут в надежде увидеть долгожданное сообщение от Орландо. Но лишь пустота встречала, когда снимал блокировку экрана. Как только покинул гараж, моментально отправил несколько особенно хороших фотографий отцу Беатрис с насмешливой подписью, но там не было ни единого кусочка информации о том, где могла бы находиться его драгоценная дочь.

Это только начало, но уже не терпелось, чтобы старик насладился этими снимками и ждал следующих, всеми способами пытался связаться со мной и соглашался на каждое условие. Мне хотелось видеть и слышать его мучения, испытывать его долго и беспощадно. Но не физически. Это слишком просто.

Все эти годы я жаждал сладкой мести, жаждал уничтожения Орландо изнутри. Он – моя главная цель, а Беатрис – лучшее ее достижение. Я никогда не останавливался и использовал все и всех, ни секунды не тратя на долгие раздумья.

Начатая бутылка виски соблазнительно смотрела на меня, и это казалось отличным средством для расслабления. Я откинулся на спинку дивана и сделал жадный глоток. Благородный напиток разлился внутри, даря приятное удовлетворение.