Однажды в Мейсоне

Дверь заперта, но я точно знала, что этот переросток с детскими мозгами там.

– А ну выходи, трус! Смерти ищешь? Я тебе сейчас такое устрою! – громко говорила и тарабанила дверь. – Выходи, и я оправдаю твои слова. Покажу тебе зеленоволосое чудовище!

Дверь резко открылась. Джон стоял передо мной в чёрных брюках и чёрной футболке, а в руке другой пистолет. Они что, в каждой комнате? Он резко поднял руку и брызнул струёй. Я даже сделать ничего не смогла. Пришлось удирать. Побежала по всему этажу в дальнюю комнату и резко закрыла дверь.

Долбёжки не было. Ух! Ну и дурак же он! Я вся провоняла текилой. Ба меня за волосы повесит и словесно начнёт скальп снимать.

За спиной услышала шорохи. Обернулась. На кровати ласкалась парочка. Ну, не в плане сексуальных утех, а в плане поцелуев и обнимашек. Я опешила, что они на такое осмелились. Подошла к ним, взяла парня за ухо и потащила к двери.

– Ай! – завопил он. – Отпусти, ненормальная!

– Валите отсюда! Устроили здесь разврат. Найдите другое место.

И выставила его за дверь.

Начала убирать ковёр, чтоб закрыться от приближающегося Рида и не успела. Он распахнул дверь и наставил на меня лежащую пистолет. Пару раз стрельнул и захлопнул предательницу.

– Да угомонись ты, придурок! – злобно фыркнула я.

– Ты кого трусом назвала? – со смешком протараторил он.

– Кого-кого? Тебя. Ты же спрятался.

– А сама? Бежишь от меня, – он засмеялся и убрал пистолет.

– Вот чего ты пристал ко мне, идиота кусок? Зачем поливать текилой?

– Весело же.

– Неужели? Нашёл бы другую девку для развлечений.

– С тобой куда интересней.

Я поджала губы и поднялась на ноги. Отодвинула Рида, подошла к двери. Она не открывалась.

– Ты запер нас? – возмутилась, одарив презрительным взглядом.

– Нет. – Он отодвинул меня и сам пытался открыть. Никак. – Чёрт, заклинило.

– Может, ключ есть?

– Ага, у Лили, – скривился он.

– Блин, ты же хозяин дома! – орала на него.

– А то я не знаю! – в тон мне отвечал мужчина.

– Так открывай! С тобой я сидеть тут не собираюсь.

– Я тем более.

Мы оба толкали и дёргали дверь, но тщетно. Она словно приклеилась и не желала поддаваться. А-а! Джон специально так сделал. Хотел ещё больше потрепать мне нервишки.