Моя девушка на выходные

Всё-таки, несмотря на довольно тёплую весну, ветер ещё холодный.

Мажор выскочил из машины, задвигая на лоб очки и обречённо застонал.

– Меньшикова… что на тебе надето?! – кажется, он ни на шутку зол.

– Ты идиот? Не видишь?! – раздражаясь, воскликнула в ответ.

Ольшанский вцепился в свои волосы и глухо зарычал.

– Откуда у тебя вообще платье и туфли? Замуж за меня захотела, дура?

– За языком следи, – процедила в ответ, грозя пальцем. – Я всегда так одеваюсь, если случай того требует. И поверь, засранец… это не единственное моё платье.

– Ладно, стой, – Ольшанский ухватил меня за руку. – Я сам не предупредил, но и не думал, что у тебя есть платья. Моя вина, признаю, – примирительно поднял руки, пробежавшись по моей фигуре беглым взглядом. – А теперь иди и переоденься. Иначе всё это не имеет смысла. И смой косметику…

Вскинула средний палец и отправилась обратно домой. Придурок… знала бы, не тратила время…

Плюнуть и пойти в бутсах и футбольной форме? Пусть катится к чёрту, оденусь как обычно.

Ольшанский курил возле парадной, засунув одну руку в карман, и смотрел на детскую площадку.

– Так лучше, господин упрямая задница? – остановилась рядом, качнувшись на пятках. – Ты вообще счастлив должен быть, что я согласилась, а не условия выдвигать.

– Я счастлив, – выкинул окурок в урну и достал из кармана спрей-освежитель для рта. Вот ведь мажор!.. пару раз брызнул в рот и протянул мне.

– От меня не пахнет, – фальшиво улыбнулась и направилась к машине. Ненавижу эти шикарные дорогущие вещи, опять буду чувствовать себя неуютно.

Ольшанский догнал и распахнул для меня дверь, галантно поклонившись.

– Тебе это не поможет, – заметила флегматично и села в салон, пахнущий кожей и ненавязчивым ароматизатором.

Провела ладонью по бежевой панели приборов и удивлённо вскинула бровь. Ни пылинки. Кажется, мажор хорошо ухаживает за своей тачкой.

– Раз в неделю отвожу её в автосалон на чистку салона и мойку, – пояснил он, садясь за руль. – Впечатлена?

– Не особо, – буркнула, отворачиваясь к окну. – Богатенький сынок…

– Зависть – плохое чувство, – цокнул языком и завёл двигатель.

Машина издала приятный урчащий звук и плавно тронулась с места.