Хочу на остров!

Он схватил ее за шкирку, выволок на улицу, во двор, к служебному входу, там зажал у стены и как боксерскую грушу молотил кулаками, но, к счастью, это длилось недолго, девочки с кухни услышали крик и прибежали.

– Так он еще и не пускал ее! – уточнила подружка. – Мы еле вырвали! Вцепился и не отпускает!

Скучно. Мне было скучно это слушать. Ничего интересного. Прибежали официантки и вырвали Муху-Цокотуху из лап паучка. Метафора случайно залетела, я просто с младшим сейчас Чуковского читаю, и мне плевать на ваш абьюз.

Цокотухе не везет, вот что я подумала. Из огня да в полымя. Кто его знает, каково ей придется с комариком.

Красавица-администраторша рыдала, весь ресторан ее утешал. И подруга брюнеточка утешала, она работала тут же, барменшей, поэтому чтобы не путаться и чтобы не опускаться до банальной антитезы, назовем ее Барменша.

– Ниче, ниче… – бормотала Барменша, – все они сволочи. Ничем он нас не удивил. Все как обычно: жизнь – говно, но мы с лопатой.

– А я уже обрадовалась! – плакала Красавица.

 – Честное слово, я обрадовалась, думала, вот, нашелся надежный мужчина… Захотела опору! Захотела для дочки хоть каких-то перспектив, чтобы она мир посмотрела, чтобы на хороший факультет пошла, не то, что я… Я же по профессии учитель начальных классов.

– Ниче, ниче… – умывала ее Барменша, – копи силенки. Завтра у тебя второй раунд будет, завтра он мириться придет. А может, и сегодня. Мой обычно два дня отдыхает, а этот дюже шустрый, сейчас с вечера названивать начнет, букет закажет… Флорист хренов!

За вечер Блондиночке накапало тридцать с лишним сообщений от Садиста.

Утром она начала мямлить подруге Барменше какую-то ерунду про ревность.

– Он сказал, что очень ревнивый. Я ему говорю: это был мой старый знакомый, он вообще голубой… А он сказал, что так и думал, что педеров чует за километр, что его сразу тряхануло… Говорит, что он был не в себе.

– Тряхануло его! – усмехнулась Барменша. – Не ведись. В следующий раз его еще сильнее тряханет.

Не вздумай с ним мириться!

– Какое там мириться?! – возмущалась Красавица. – Я ему все сказала прямым текстом: удаляй мой номер, не ходи в наш ресторан, я не хочу тебя больше видеть, меня никто не бил никогда в моей жизни, и тебе не позволю.

Отличная речь! Садисту понравилась. Два дня он околачивался у Блондинки под окнами, а на третий, когда красавица намазалась тональным кремом и вышла на работу, Садист прискакал в ресторан.