Невеста для серого волка

Увидев меня, обходящую их пеструю компанию, сначала умолкли, а потом одна выпалила в спину:

– Оборванка Рози решила принарядиться?

Две другие девушки сдавленно захихикали, а я, не удостоив их и взгляда, уверенно зашагала дальше, стараясь не бежать, хотя в носу защипало, а пальцы сами по себе сжались в кулаки.

С витрин на меня смотрели безглазые манекены в платьях таких дорогих и прекрасных, что от одной мысли о том, чтобы войти в эту обитель роскоши, начинал душить стыд. Куда мне соваться в этих проклятых стоптанных башмаках и позорном плаще? Но кошелек с серебряными монетами оттягивал пояс, напоминая, для чего я сюда пришла.

Ну же, Рози, пытка не может длиться вечно. Еще несколько часов, и все это закончится, ты вернешься под крыло любящей бабушки, которой все равно, что на тебе надето. А может быть, даже удастся снова сбежать в лес…

Погруженная в свои мысли, я не заметила, как дошла до самого конца улицы. Неужели настолько забылась? Но передо мной высилась поросшая мхом и плющом стенка – дальше хода нет.

Так быстро пробежала улочку и даже никуда не заглянула. Трусиха… придется возвращаться обратно и идти медленней, высматривая не слишком шикарные лавки. Чтобы не было так стыдно войти…

Внезапно взор выхватил незаметную на первый взгляд мастерскую, притаившуюся под сенью красных кленов. Это низкое маленькое здание отличалось от остальных, но что-то я не припомню, чтобы видела его раньше.

– «Лавка тетушки Лаванды. Волшебные платья, шляпки, туфли. Почувствуй себя принцессой», – прочитала шепотом, а внутри будто зазвенел колокольчик – вот оно! Вот то, что мне нужно!

Откуда я это знала? Неизвестно.

Просто почувствовала. Решительно шагнув вперед, повернула дверную ручку – раздался скрип, и я отважно вошла внутрь.

С порога меня окутал древесно-цветочный аромат, словно я оказалась за городом. Вокруг царил полумрак, мягкий свет сочился сквозь золотистые шторы, что спадали до самого пола мягкими складками. На длинных полках громоздились рулоны самых разнообразных тканей, в ряд выстроились разодетые манекены, точно солдаты на плацу.

Стол у окна был завален отрезами кружева, нитками бус, ножницами и прищепками, а из игольницы в виде большого мухомора торчало десятка два швейных игл.

Да и вообще изнутри помещение казалось намного просторней, чем снаружи. Я поймала себя на мысли, что пялюсь по сторонам, разинув рот.

– Ну, здравствуй, милочка, – раздался деловой женский голос, и из-за ширмы вынырнула женщина.