Гром и Молния

Конечно, не обошлось без лекции от Грома, когда он велел нам, дипломатам от Шиссая, вести себя прилично: не обнажать оружие без причины, не шуметь, не спорить и не ругаться с сетторцами. И, главное, не пытаться сбежать.

Конечно-конечно, мы будем паиньками, можете не сомневаться.

Я привыкла в уме называть его Громом, хоть и знала настоящее имя. Хотела, чтобы он оставался обезличенным. Ведь дай врагу имя – и он станет чуточку ближе. Роднее.

Старшим из нас выбрали Асая – наследника рода Сури. Через него Гром и передавал все, что нам следовало знать.

– По роже Асая даже не видно, что он думает обо всем этом. Как будто ему плевать, – Искен ворчал и ворчал, комментируя то, о чем его даже не спрашивали.

– Что ты от него хочешь? Большую часть жизни он общаешься не с живыми людьми, а с… – Рэйдо многозначительно приподнял брови.

Перед наступлением сумерек мы остановились на ночлег. Я наблюдала за тем, как сетторцы накладывают маскирующее и защитное водное плетение вокруг лагеря.

В горах темнело быстро. Совсем скоро лагерь укутала бархатная чернота, затрещали костры.

– Гляди, вон палатка Грома. Поставил на отшибе, подальше от нас, – сообщил Рэйдо.

– Боится, что мы у него что-нибудь стырим, – Искен кивнул, а я закатила глаза.

– Сколько можно, мальчики?

Опустившись на землю между Искеном и Рэйдо, я стянула ботинки и пошевелила озябшими пальцами. Я умела разгонять магию по телу, чтобы согреться, но тепло костра и его мягкий свет были приятней.

– Жаль, что лепешки твоей матушки закончились, – негромко произнес Рэйдо и бросил прутик в костер.

– Конечно, закончились, – с сарказмом заметил Искен. – Ты ведь их сожрал.

– Разве я виноват, что они были вкусными?

– Такими темпами ты разжиреешь годам к тридцати.

– Я столько не проживу, не волнуйся.

Искен растянулся на спине, подложив руки под голову, и мечтательно посмотрел вверх. В темных глазах отразился свет далеких звезд, и братец блаженно сощурился.

– Все как в старые добрые времена, да? Снова вместе, плечом к плечу.

Он умел видеть хорошее даже в самой безвыходной ситуации. Я не заметила, как начала улыбаться.

– И снова мне придется спать с вами в одной палатке.