Доктора вызывали?, или Трудовые будни попаданки

Он согрелся и довольно быстро отошел от потрясения, даже улыбаться стал. Как я и думала, ему было двенадцать лет, но за счет худобы Лик выглядел немного младше. У него были большие карие глаза с пушистыми ресницами, на носу и щеках красовались озорные веснушки. На первый взгляд такой одуванчик, но что-то мне подсказывало, что он еще может задать жару.

Нас приютила та тетушка с берега, не побоялась слов сумасшедшего деда. Пока мы шли к дому, он все кричал и настраивал против нас местных, мол, не только меня надо проверить, но и Лика, ведь он восстал из мертвых.

С точки зрения современного человека это полный бред, но что взять с людей, которые привыкли опасаться всего неизведанного? Тем более мир магический, чего здесь только не встретишь.

Мой дилижанс давно укатил, но я не могла бросить мальчика. Да и не пустили бы меня никуда из Бродовой: в соседний город послали человека за следователем. Я старалась не паниковать раньше времени, была уверена в своей невиновности. Если что, выход придумаю.

Я присела на кровать возле Лика и потрепала непослушную каштановую шевелюру.

– Слушай, как так вышло? Ты не знал, что игры в воде могут быть опасны?

Он пожал плечами и бросил небрежно:

– И что? Понырять просто хотел.

Хотел он. Какая чудесная непосредственность.

– Как это «и что?» Ты мог погибнуть!

И тут Лик глянул так серьезно, по-взрослому, что у меня сжалось сердце.

– Никто бы горевать не стал.

От Лайны я узнала, что мальчик сирота. Он жил с дядей и тетей, поэтому никто за ним толком не следил.

Дядя вообще был тем еще тираном, Лику за общие шалости доставалось сильнее других детей, а вот работать заставляли больше.

Я протянула руку и сжала его ладонь.

– Но у тебя есть ты.

Лик отставил кружку в сторону, вздохнул и почесал щеку обгрызенными ногтями.

– Я не знаю, как вас зовут, но помолюсь за вас Пресветлой Матери.

– Называй меня Аннис.

– Красивое имя. Аннис… – парнишка произнес его несколько раз. – На цветок похоже. А можно… вас обнять? Ой, ладно, я пошутил.

Он смутился и опустил глаза, которые уже были на мокром месте. Но я все же привлекла его к себе и обняла так, как если бы он был моим младшим братом. Ему явно не хватало понимания и тепла, и мне стало его жаль. Я повидала много бесхозных детей.

В этот момент зашла Лайна. Ее руки, как и левая щека, были испачканы в муке. Следом проскользнул откромленный черный котяра и со всего размаху плюхнулся на кровать. Лик засмеялся и потеребил пушистый загривок.