Опасный возраст

– С этим Сергеем надо осторожнее. Я слышал, он в шестом классе кому-то челюсть сломал.

– Да, его же исключить хотели. Псих какой-то…

Они ринулись на меня одновременно, и я молниеносно пригнулся.

Когда дело доходило до драки, я превращался в другого человека. У меня не было мыслей, я становился сгустком безумной силы, которая хотела уничтожать и при этом быть уничтоженной самой.

Появлялась странная интуиция. Я всегда знал, когда увернуться, а когда, наоборот, врезать изо всех сил. Они были крупнее меня раза в два.

Но мне удалось их столкнуть, навешать каждому по лицу, еще и по почкам добавить. Были моменты, когда мне казалось, что я способен убить, и потом это назовут действием в состоянии аффекта.

Но они заслужили.

Тут один из них резво обернулся и врезал мне по скуле. Но кулак скользнул почему-то по лбу. Кажется, на его пальце было кольцо или что-то еще металлическое.

Бровь была рассечена мгновенно.

Глаз начало заливать чем-то теплым.

– Прекратите! А ну оттащите их!

Ян, Кирилл и еще пара парней.

Я никого не мог узнать.

Я и себя не узнавал.

– Надо ментов звать.

Наконец кто-то меня схватил и сжал изо всех сил по бокам. Я пытался вырваться, но внутри меня уже что-то угасало.

Вдруг проступили холод улицы и запах снега. Изо рта валил пар. Я был здесь.

– Ну и псих…

– Намордник бы на такого надеть…

– Больной!

– Вообще больной…

– Урод! Иди сюда, мы не закончили…

Передо мной возникло лицо Яна, который с недоумением воззрился на меня и поинтересовался:

– Серый, где тормоза у тебя?

Почему-то в ответ захотелось улыбнуться, что я и сделал.

Ян отшатнулся: видно, это было жутко.

– Захотел справедливость восстановить? – вопросил снова он. – Дурак ты, Серый.

Ох, Ян. Он был одним из немногих, кто понимал всю извращенность этого мероприятия, но с удовольствием принимал в нем участие.

Руки, державшие меня, медленно разжались. Я отряхнулся и поправил куртку. Кровь уже затекла за шиворот. Рядом с Яном вылупился Кирилл, который со злостью таращился на меня с минуту, а затем рявкнул:

– Доволен, что все испортил?

Последнее, что я сделал, – это быстро и точно дал ему под глаз и побрел куда-то в ночь.

За мной никто уже не стал гнаться. Все столпились вокруг согнувшегося Кирилла, и я слышал, что они собираются звонить в милицию.

Да ради бога. Телефонный номер 02.

Все это было неважно.

Я не думал о справедливости в тот момент, я вообще очень плохо себе представляю, что это такое.