Опасный возраст

Он умер, понимаешь? Мы должны… почтить его, и все дела…

Я невольно выдохнул, чувствуя, что злостный ком обличительных слов, который я уже давно таскал у себя в груди, вот-вот вырвется наружу.

– Да вы же даже с ним не общались! Что вы вообще можете о нем помнить?

– Забей, – махнула рукой она, – ты же всегда не в теме…

И она ринулась с листовкой к кому-то еще, кто шел за мной. Промоутер от бога, что сказать.

Я с раздражением глянул на бумажку с адресом, а потом засунул ее в карман.

Ну и последняя характерная черта шестнадцати лет – большая любовь к церемониям, будь то пати на хате или вечер в честь умершего одноклассника.

Я часто думал, что мы, подростки, стараемся имитировать образ жизни взрослых, даже не вполне понимая необходимость этого. Но чей образ жизни ведут взрослые – остается загадкой. Наверное, повторяют то, что запомнили в свои шестнадцать лет.

6

– Ты хочешь сказать, что не пойдешь на вечер памяти Саши? – спросила меня мама.

Она никогда ни на чем не настаивала, но я всегда чувствовал ее скрытое неодобрение.

Мы ужинали, хотя было уже поздно. В тот день я опять вернулся домой на ночь глядя, что в очередной раз вызвало волну упреков.

– Послушай, ты можешь избегать мира, но рано или поздно тебе придется стать его частью.

Абстрактные заявления вроде этого были для нее редкостью.

– Я не вижу смысла в этой затее, – отозвался я, не чувствуя во рту вкуса пюре.

Она нахмурилась, глядя на меня поверх очков. Я смотрел в сторону.

– Сходи туда, Сергей.

Это не самая плохая идея.

– Это необязательно.

– Да, тебя никто не заставляет. Но я считаю, что плохо не будет, если просто поприсутствуешь. Тебе что, все равно?

– А что это изменит для него? Как ты думаешь, – едко начал я, – он это почувствует? Ему это вообще важно?

– Тебе лишь бы спорить, – с досадой ответила мама и поднялась.

Собрав тарелки, она направилась к раковине. Я холодно следил за ее передвижениями, и враждебная струна между нами снова натянулась.

– Дело не в споре.

Резко обернувшись, она сердито вопросила:

– А что подумают люди, тебя не волнует?

– Послушай, просто не говори никому, что я – твой сын, и можешь дальше общаться с другими людьми.

– Сергей, это неприлично! – крикнула она мне в спину.

Я быстро прошел к себе и закрыл дверь. Хотелось оказаться на самом краю земли, где только звезды и ветер. Но вокруг только серые стены. В какой-то момент я осознал, что не понимаю, насколько они реальны.