Токсичная невестка

Вы что же думаете, я сижу и отдыхаю? Чай некогда попить…

К слову, это был не первый магазин, в котором работала Лидок, она успела обойти многие магазины нашего города, из каждого ее через некоторое время увольняли. Роз Михална эту статистику заметила, она понимала, что ей нужны серьезные сотрудники, опытные продавцы. «Сидит за прилавком» – так у нас говорили про женщину, которая устроилась в семейный магазин. Роз Михалне нужно было, чтобы ее продавец не сидел, а крутился как белка, и все же увольнять Лидушку она не спешила.

Роз Михална рассуждала как Кутузов, она всегда старалась избегать прямых конфликтов и ждала, когда всю грязную работу сделает за нее генерал Мороз.

Лидушка в принципе не понимала, что ее хотят уволить. Она же родственница, дочка практически! Она привыкла к этой роли, для своей мамы, для бабушки она оставалась дочкой. Каждый раз, когда Роза с мужем возвращались из рабочей поездки, например, из Москвы, Лидок встречала их у двери и хлопала в ладоши как пятилетняя малышка, которой не терпится поскорее заглянуть в сумочку к маме.

– Вы привезли мне подарок? – спрашивала Лидок.

Бедная, бедная, девочка… К ее огорчению, в сумке у Розы не было никакого аленького цветочка.

– Нет подарка? – искренне удивлялась Лидок. – А вот моя первая свекровь…

Она частенько вспоминала свою первую свекровь, мать ее бывшего мужа, который, к сожалению, покончил жизнь самоубийством. Та свекровь любила Лидушку как родную дочь, и после смерти сына продолжала ей помогать, то есть подшвыривать деньжонки.

– Они со свекром, когда ездили в Москву, – говорила Лидок Роз Михалне, – всегда мне покупали подарки. Как едут в Москву – так обязательно мне что-нибудь привозят.

И что, вы думаете, отвечала Роз Михална на такие запросы? Нет, она не брала селедку и ейной мордой в харю невестке не тыкала. Уставшая, голодная с дороги, Роза металась между туалетом, бутербродом и мужем, у которого спина болела после утомительной дороги, он искал таблетку… Роза ставила чайник, намазавши на булку масло, она с размаху шлепала кусок сыра, садилась к столу, и откусивши широко, запивая горячим чаем, давала объяснительную Лидушке, почему вернулась из Москвы без подснежников.

– Детка… – хмурилась голодная Роз Михална. – Ты пойми… Для нас Москва не отдых, для нас это работа. У нас две базы, в разных концах, и клуб… Кинологический клуб, не ночной. Да плюс дорога, пятьсот туда, пятьсот обратно, да там еще… Ты уж меня, деточка, извини, но времени, как видишь, нет совсем.