Прислужник

Второе заклинание, возвращало души в тела умерших, если прошло менее двух часов с момента смерти, и было невероятно сложным и энергоемким, так что редкий архимаг мог использовать его даже на одном существе, а в магическом круге лежал почти весь наш отряд.

Когда с магией было законченно, дух наклонился над телом Сазеанеля и со словами «Это я пожалуй заберу» вытащил из его тела извивающееся желтое облачко энергии. После этого помахал нам рукой, и тоже покинул тело капитана, оставив его законному хозяину.

Над поляной повисли два светящихся облачка – маленькое желтое, и облачко побольше и поярче – зеленоватое с вкраплениями многих других цветов вплоть до черного.

Повисев так около минуты, облачка с четко слышимым хлопком пропали, и поляну окутала тишина. Времени на то, что бы осмыслить произошедшее у меня с Эри не оказалось – скоро раздался стон со стороны Сазеанеля, и эльфы один за другим начали приходить в себя, пытаться вспомнить что произошло, и разобраться почему они все еще живы.

Глава 4

Приходил в себя я довольно долго. В сознании винигретом перемешались воспоминания из моей земной жизни, из жизни эльфа Сазеанеля и воспоминания о моем вселении в его тело с последующей бойней.

Мое восприятие себя постоянно скакало в зависимости от того, какое из воспоминаний проигрывалось в голове в данный момент, и я постоянно путался, кто же я такой – землянин, эльф Сазеанель, или безымянный злобный дух, который хочет всех убить.

Из этого состояния меня вывел странный, постоянно повторяющийся звук. Неведомые щелчки, повторяющиеся раз за разом с определенной периодичностью, не давали полностью погрузиться в водоворот чужих и своих воспоминаний. Посторонний звук раздражал, сбивал четкость картинки, и постепенно, в голове не осталось ничего, кроме противного щелканья. Это в какой-то степени было похоже на капающий кран, только вместо звука капель было постоянное «Щелк… щелк… щелк…».

Наконец я не выдержал и открыл глаза. Вокруг была все та же пещера, в которой я провел свои последние месяцы. Тот же светящийся мох на голых стенах, те же камни вокруг… но было и одно значительное изменение. У противоположной стены сидел на корточках неизвестный мне парень лет двадцати, и щелкал из пластикового пакета семечки, что и создавало раздражающий звук.

Внешность незнакомца была не особенно примечательной.