Переходный период. Петроград – Виипури, ноябрь 1921

Ей никто был не указ. Она говорила о том, что приходило ей в голову, ни с кем не считалась, а просьбы забывала. А иногда она это все делала специально в целях провокации.

Этим вечером, к слову, Жанна задерживалась, и серьёзный разговор под дровяной дух самовара был уже в разгаре без неё:

– Вот тебе, Володенька, зачем в училище идти? Война уже вот-вот закончится… – убедительно говорила Оля, тихонько отстукивая по столу ладошкой властный ритм фразы.

– Да-да, закончится… – поддакивала Тонечка с дивана.

– …Ты вот год потеряешь, обидишь родителей. Тоня вот… – махнула Оля в сторону товарки, и та понимающе зарделась и потупила глаза, – волноваться будет. Мне сдаётся, ты опрометчиво поступаешь. Выбор это, конечно, твой, но, мне кажется, что в своем кругу ты полезнее будешь. К слову, госпиталей и в мирном городе полно!

Володя сидел за столом напротив девушек, неприлично растянувшись на стуле и скрестив на груди руки. Он уже с раздражением смотрел, на увязшую в добрых советах Олю.

«Дурно нынче пресса влияет на умы баб», – согласился он мысленно с замечанием своего отца.

Оля продолжала:

– Вот скажи, Володенька, хорошо же было бы, войдя в теплый дружеский дом, забыть о войне, о нервной работе, об грязи на улице?

– Да, хорошо бы сменить тему! – огрызнулся он.

Не заметив намека, Оля посчитала себя победительницей.

– Вот и славно! Значит, больше на военную тематику здесь не говорим! Андрюша, хорошо?

– Угу… – промычал из-за какого-то французского журнала Андрей.

– Тоня?

– А я-то что? Я даже и не знаю ничего. Мне только про Наполеона учить надо, так я даже этого не читала… – стала, как перед учителем, оправдываться Тонечка.

– Мне сегодня учитель рассказал занятную фигуру об оде Ломоносова.

– Я не читала… – призналась Тоня.

– Как всегда! Ничего страшного, мы сейчас по очереди и прочтём. А потом обсудим стиль, особенность и смысл написанного, – заученно повторила Оля фразу Карла Ивановича.

Сначала томик с одой «На Восшествие…» Оля дала Тоне, та, запинаясь, нарушая ритм и путая ударение, осилила страницу и с тяжелым вздохом облегчения передала книгу Володе.