Ложь в двенадцатой степени

– Я вижу, тебе тоже не терпится мне что-то сказать, – проговорил Уильям.

Хельга иногда забывала, как прекрасно он угадывал настроение собеседников.

– Я уступаю вам слово.

– Видишь ли, я не хотел говорить при Стиве, поэтому… – он жестом указал на пространство вокруг. – Но мне кажется, мы можем искать диалога на одну и ту же тему, так что я, пожалуй, с твоего разрешения начну первым.

Хельга утопала в неудобном кресле и пересела на ручку. Ее немного курносый нос улавливал едва слышный аромат трав, и Мантисс сразу подумала о чае.

Но мысли выветрились, когда она привыкла к запаху. Сосредоточенный вид доктора Траумериха вынуждал ее тщательнее концентрировать внимание на его лице и выискивать подсказки в мимике и жестах.

– Вы меня увольняете? – напрямик спросила Хельга. – У вас такое выражение, будто вы собираетесь сообщить мне о смерти любимого питомца.

– Ах нет, – улыбнулся Уильям и впредь постарался не стирать оптимизм с лица. – Наоборот, я в каком-то смысле тебя повышаю.

Только в этом месте новость о повышении могли сообщать с явной тревогой на лице.

Мантисс рассмеялась бы, если бы не догадывалась, к чему ведет приятное сообщение. Неужели изображать «вилку» выпало ей?

– Надеюсь, вы не поставите меня какой-нибудь заведующей лабораторией в паре с доктором Амберсом. – Хельга продолжала делать вид, что не разглядела сути, так как существовал немаленький процент возможного заблуждения. В конце концов, она ведь хотела, чтобы ее ввели в закрытую область, и ожидание могло повлиять на понимание информации.

 – Я даже не знаю, чем они там конкретно занимаются…

– Нет, конечно же. Да и Стив вряд ли был бы в восторге от перспективы делить управление лабораторией. – Доктор Траумерих приблизился к застекленному шкафу и начал рассматривать его содержимое. – Я подумываю ввести тебя в работу с МС-12.

– Но… что изменилось? Вы привели столько доводов, почему этого нельзя делать, отрицали саму мысль о… моем контакте с МС. Люди так резко не меняют твердых убеждений, если только не происходит что-то из ряда вон выходящее.

Или если категоричность с самого начала была преувеличенной. Мантисс не сомневалась, что Уильям никогда полностью не отвергал предложенную МС идею. Не в его характере ставить крест на чем-либо, не посоветовавшись с коллегами и не выявив все плюсы и минусы. И может статься, что на самом деле он разыграл весь спектакль с однозначным запретом лишь для того, чтобы посмотреть на реакцию остальных, то есть Стива и Хельги.