Тачдаун

Чувак выглядит так, будто на завтрак ест трупы своих врагов. Разрезая их мясо своими острыми скулами.

– Ты знаешь университетский гимн? – спрашивает он низким, хрипловатым голосом, таким же колючим, как его черные глаза.

Я пожимаю плечами.

– Всегда мечтала здесь учиться.

– Специальность?

– Криминалистика.

Парни переглядываются, и я ощущаю на себе жар карих глаз Чейза.

Проклятье, мне срочно нужно освежиться.

– Я на минутку, – говорю Дэнни, поднимаясь из-за стола.

Слава богу, мне не приходится протискиваться мимо Чейза, потому что в парне неожиданно просыпаются хорошие манеры, ну, или инстинкт самосохранения, и он встает, чтобы освободить мне путь.

Оказавшись в уборной, подставляю руки под кран и смотрю в зеркало, наслаждаясь ощущением холодной воды на коже. К счастью, я здесь одна. Единственная свидетельница своей мини-истерики.

Отрываю бумажное полотенце и прикладываю его к лицу, к шее… Затем еще одно… и еще… Легкие гудят от напряжения. Делаю несколько глубоких вдохов, стараясь упорядочить хаотичные мысли.

– Блять, – бормочу я, сжимая пальцами края раковины. – Блять. Блять. Блять.

Мне не может не везти вот настолько!

Бывший любовник моей матери – гребаная звезда университета, чье тупое лицо теперь я вынуждена буду видеть постоянно.

Это, должно быть, сон.

Чертов кошмар.

Внезапно дверь в уборную распахивается и на пороге возникает та самая гребаная звезда, заполняя собой весь дверной проем.

– Ну, надо же! – Прислонившись к косяку, он скрещивает руки на груди. – Девчонка, которая ворует чужие вещи, собирается в будущем сражаться с преступностью. Кажется, эту страну ждут большие неприятности.

– Проваливай отсюда, пока я тебя не убила.

Мои слова вызывают у парня странную улыбку. Он задумчиво потирает нижнюю губу большим пальцем, а затем неожиданно произносит:

– Знаешь, я думаю, нам нужно переспать.

У меня отвисает челюсть.

Он издевается надо мной?

– Между нами возникло определенное напряжение, – как ни в чем не бывало продолжает говнюк, – и секс поможет его снять.

– Просто пытаюсь понять, ты тупой или бесстрашный? – сжимая руки в кулаки, я подхожу к нему и цежу сквозь стиснутые зубы: – Дай пройти.

К счастью, он растворяется в дверном проеме раньше, чем я решаю этими кулаками воспользоваться.

Когда я возвращаюсь, за столиком сидят только парни.