Красная линия

Никакого глютена. Да и вообще, кто в здравом уме ест на завтрак макароны с сыром?

– Ну, допустим, я, – ответила Микки, усаживаясь со своей тарелкой напротив меня.

Твигги тут же села рядом с ее стулом и положила морду Сатане на колени.

Я ощутил укол ревности.

– Признайся уже, что не умеешь готовить, – я раздраженно отодвинул от себя тарелку и откинулся на спинку стула.

Микки застыла с вилкой в руке, и в красивых зеленых глазах промелькнуло беспокойство.

Она старательно избегала встречаться со мной взглядом.

Думаю, это как-то связано с тем, что ее рука вчера побывала на моем члене.

– Еще как умею.

Настала моя очередь закатывать глаза.

– Если бы за каждую ложь твой нос отрастал на дюйм, ты бы уже царапала им Швейцарские Альпы.

– Очень смешно, остряк! Между прочим, я вчера приготовила изумительный ужин, только кое-кто был слишком занят, чтобы его оценить.

– Прости, что предпочел глубокий минет пищевому отравлению.

Микки сердито бросила вилку на тарелку и встала из-за стола.

– Ты испортил мне аппетит.

Я упрямо скрестил руки на груди.

– Я все еще не получил свой завтрак.

Если бы взглядом можно было убивать, то вокруг моего трупа уже бы суетились судмедэксперты.

– Окей, БОСС, – последнее слово она швырнула мне в лицо, как дуэльную перчатку. – что ВЫ хотите на завтрак?

– Тебя.

Ее щеки вспыхнули, а глаза яростно впились в меня.

– Боюсь, что таких блюд нет в нашем меню, мистер Каллахан.

Мой член уже оттягивал ткань брюк. Я не понимал, по какой причине мое проклятое тело так на нее реагировало.

Пока я ее не видел, мне было плевать на эту девчонку, но стоило Микки оказаться в поле моего зрения и открыть свой дерзкий рот, как я не мог думать ни о чем другом, кроме как разорвать на ней одежду и поскорее оказаться внутри нее.

– Окей, – я затолкал свои фантазии в собственную задницу и запер их анальной пробкой. – Тогда кашу из квиноа и салат с брокколи, творогом и тунцом.

Она уставилась на меня так, будто я перешел на язык племени навахо.

– Квиноа? – переспросила Микки.

Я кивнул, наслаждаясь ее растерянным видом.

– Какие-то проблемы?

– Абсолютно никаких, – ответила она, сжимая руку в кулак. – Через двадцать минут все будет готово.

Похоже, сдаваться – это не про Микки Сантану. Я высоко ценю в людях это качество. Мне до смерти хотелось посмотреть на то, как она будет выкручиваться из этой ситуации, но у меня не было столько времени. Через сорок минут я уже должен быть в аэропорту.