Красная линия

– Ты сегодня перепутал протеиновый порошок с кокаином, когда мешал себе коктейль?

– Брось, – улыбнулся Вегас. – Дерзкие девчонки всегда вызывали у тебя стояк.

– Рад, что ты следишь за этим.

– А ты видел ее задницу? М-м-м… Упругая, округлая…

Член в моих тренировочных штанах нервно дернулся.

– Окей! – я поднял руки, признавая поражение. – Я съезжу с этой Сатаной за ее шмотками, но только если ты, наконец, заткнешься.

– Больше ни слова, клянусь своей кузиной Эмилией! – Вегас изобразил, как закрывает свою болтливую пасть на ключ и выбрасывает его за спину.

– Ты же сказал, ее зовут Элизабет, – усмехнулся я.

– Разве?

– Ты живешь ЗДЕСЬ? – не скрывая шока от открывшейся передо мной картины южного гетто, выпалил я.

– Да, и что? – ощетинилась Микки. – Между прочим здесь когда-то жили Мишель и Барак Обама, а местную церковь любил посещать сам Джон Рокфеллер.

Я с ужасом рассматривал старые мрачные дома, многие окна которых были заколочены деревянными досками, и ждал, что вот-вот кто-то разобьет боковое стекло моего новенького Рендж Ровера Спорта и приставит мне дуло пистолета к виску.

Чтобы вы понимали, я родился в Ричмонде, в Канаде. В районе, где дома с ухоженными зелеными лужайками напоминают фотографии из рекламных проспектов, а соседи каждое утро приветливо машут тебе рукой, а не предлагают купить крэка.

– Ты живешь со своей семьей?

Лицо Микки помрачнело.

– Мои родители погибли, когда мне было четырнадцать. Автомобильная авария.

Опекуном стала старшая сестра, я живу с ней. Ну, и еще со своим парнем… – она сжала челюсть и отвела глаза в сторону. – Бывшим.

– Ты живешь в одном доме с бывшим парнем?

– Он недавно стал бывшим.

– Почему?

– Что почему?

– Почему он стал бывшим?

За каким хреном я вообще этим интересуюсь?

Большие светло-зеленые глаза уставились на меня с подозрением.

– Это не твое дело.

Полностью, мать твою, согласен.

– Ну значит, выметайся из машины.

У тебя есть пятнадцать минут, чтобы собрать свои шмотки, – я вытащил из кармана кожаной куртки пачку «Джелли Белли» со вкусом клубничного чизкейка и закинул в рот сразу несколько ароматных драже.

– Ты должен пойти со мной.

Я едва не подавился конфетами.

– Что ты сказала? Прости, мне послышалось, или ты реально до такой степени обнаглела, что используешь по отношению ко мне слово «должен»? Я тебе не Эш, Микаэла. Со мной это дерьмо не срабатывает.