Звезда и пылинка

После чего засветился и я отвела глаза, а когда снова посмотрела на него, он уже стоял передо мной в человеческом виде и надевал грязные кроссовки, что стояли у стенки.

– Что, теперь будешь весь день так стоять? – спросил он.

Испытывая смесь эмоций, я не могла больше игнорировать восхищение:

– Ты дракон… Азиатский… Их лунами зовут, кажется. Ты лун?

– Всё равно, – непринуждённо сказал он, – Называй как хочешь, разницы нет.

– Луны встречаются в некоторых азиатских мифологиях, – начала объяснять я, – Это был твой истинный облик? Он похож на луна.

– Да, не я один оказывался на Земле. Вероятно, от того и пошло, – он тяжело вздохнул, – Вы, пылинки, больно впечатлительные.

Я сжалась. Все эти комментарии про «пылинки» и их глупости заставляли чувствовать себя никчёмной, сама не знаю почему.

Он какое-то время смотрел поверх меня, прислушиваясь к чему-то. Потом кивнул и вышел на солнце, облокотившись руками на перила. Подставил лучам лицо, точно слабый осенний свет мог дать хоть какое-то тепло.

Я подошла к нему сбоку, тоже облокотилась на перила. Прокашлялась, прежде чем спросить:

– Эти трещины… Они и есть твои раны? Из-за них ты не можешь уйти?

Он молчал. Или не хотел отвечать? В любом случае, я собиралась добиться от него ответа:

– Есть способ их вылечить?

Птица успела просвистеть свою песнь высоко над нами, прежде чем он ответил:

– Есть парочка.

– Какие? – я была так взволнована, что сама не заметила как повысила голос.

– Любые раны проходят, если устранить причину, породившую их. А в остальном как обычно – жить, набираться сил и терпения пока само пройдёт.

– И как много времени это займёт?

– В масштабе с тобой слишком много.

– Ну, сколько? Пару лет?

– Ну, какими бы свойствами моё ядро не обладало, по сути это тот же камень. Так, что если у вас камни формируются за пару лет, то да.

Я поджала губу. Неужели он говорит о тысячелетиях? Я мотнула головой, стараясь отбиться от ненужных размышлений пока Белый рядом:

– А какой ещё способ?

– Пф! – он злобно усмехнулся, – Нет смысла о нём говорить.

– Почему? Слишком сложно для моего восприятия? – с издёвкой спросила я.

– Слишком жестоко, – холодно сказал он и повернулся ко мне, и показалось, что он действительно посмотрел на меня, – Даже для людей.

Он повернулся и облокотился на перила спиной, подставив лучам затылок.