Ганзейские сказы

Все это великолепие могло удивить любого, кто побывал здесь впервые, однако же наши новые знакомые явно уже не раз здесь бывали. За письменным столом спиной к ним восседала на стуле с высокой спинкой особа женского пола, на что указывали роскошные темно-каштановые локоны, спускавшиеся до плеч и увенчанные жемчужной фероньеркой с прикрепленной к ней вуалью.

– Сеньора, к вам господа Франкони и Мальдини, – сказал камердинер.

– Va bene, Джузеппе, – журчащим ручейком ответил красивый, звонкий голос.

Старик удалился. Дама поднялась и приблизилась к вошедшим. Она была достаточно молода, ей, казалось, было не более двадцати шести лет. На ней было черное шелковое платье с золотистой вышивкой по краю. Рукава на плечах и манжетах также были вышиты золотой тесьмой. Франкони, а затем Мальдини, с некоторым благоговением поцеловали протянутую ручку, украшенную драгоценными камнями.

– Как вы добрались, сеньоры? – спросила дама.

– Весьма благополучно, сеньора баронесса… – начал высокий Франкони.

– Тс-с! – перебила хозяйка особняка, нервно щелкнув пальцами. – Я же просила не называть меня баронессой, Бартоломео! Не забывайте, нас могут окружать доносчики!

– О, прошу прощения, донна Беатриче! Не гневайтесь на мою забывчивость! – взмолился Франкони.

– Вот так-то лучше, – милостиво кивнула Беатриче.

– Мы пробыли в Неаполе под видом торговцев несколько недель, – начал Мальдини, – разузнали там все, что нужно…

– Вас никто не заподозрил?

– О нет, мы сумели отвести всем глаза. И у нас не осталось сомнений, что в аресте дона Санторини замешаны немецкие псы.

– Как вам удалось это выяснить?

– Очень просто! Фортуна свела нас не с кем-нибудь, а с хранителем печати самого маркиза ди Толедо, наместника короля Неаполя.

– Надеюсь, вы не потеряли его?! Давайте же скорее! – Беатриче почти вырвала лист, вынутый Мальдини из-за пазухи, и просмотрела его глазами.