В.А.М.П.

Если эта зараза должна попасть в кровь, то у меня нет представления, что произошло. Потому что в тот день я ран не получал. – Герман взлохматил рукой свои короткие светлые волосы.

– Если не помнишь, то велика вероятность, что это именно вирус-террористы. Они могут в толпе, где-нибудь в метро, например, незаметно воткнуть шприц в кожу, а ты даже не обратишь внимания. И всего капли их крови будет вполне достаточно.

Герман нахмурился и погрузился в угрюмую задумчивость. Перебирая в голове все события того дня, когда он вернулся в Москву, боксер старательно вспоминал моменты, в которые он мог получить губительный укол.

И он вспомнил.

Вспомнил нелепого человека в желтом пиджаке, который упал на него в сквере, а ногу Германа тогда прострелила острая боль. Кажется, это был все же вирус-террорист. Как это часто бывает, чем ярче одежда, тем хуже запоминается лицо. И потому Герман держал в голове лишь желтый безликий силуэт все это время.

В тот же самый роковой день этого человека Герман видел еще раз – сразу после окончания своего боя на подпольной арене.

Тогда он сбил его с ног, но не успел ничего сказать, поскольку Жека торопливо увел друга на улицу. Неужели этот террорист еще и продолжал слежку после всего?

– Ты как-то помрачнел, – ворвалась в его мысли Вики своим мелодичным голосом.

– Кажется, я вспомнил, как все произошло.

– Правда?

– Да, но лица за очками и шляпой я почти не видел.

Хотя этот гад следил за мной еще долго. Наверное, хотел точно увериться, что вирус попал ко мне в организм.

– Думаю, найти его шансов маловато. Ты не зацикливайся на этом обозленном на мир человеке, смотри в будущее, не живи прошлым. По крайней мере, тебе очень повезло: тебя вовремя нашла и приютила ассоциация, и теперь ты получил гораздо больше, чем тебе кажется.

Вики показалась Герману исключительным человеком. Он никогда не любил пустую болтовню, но именно с ней ему хотелось разговаривать и разговаривать часами.

Это было легко и приятно, словно они были давнишними друзьями, которые не виделись много лет и теперь пересказывали друг другу всю свою жизнь, делились историями и не замечали, как бежит время вокруг.

Из буфета они перебрались на балкон на четвертом этаже, а после просто бродили по театру чуть ли не до самого вечера. Герман узнал, что Вики практически не покидала здание штаба.