Тайны мёртвых

Он должен не зубрить материал, а обучаться, играя, разгадывая загадки, слушая увлекательные истории, либо сам участвуя в том, чему он учится на практике, в ситуациях. Только такое обучение действительно полезно. Обучение, оторванное от жизни, от творчества, от интереса ребенка, бесполезно для него и даже вредно.

Тут Ян увидел, что к прадеду подошли две женщины и один мужчина. Мужчина был статен, русоволос и хорош собой. Женщины были тоже красивые – каждая по-своему. Одна была нежной, хрупкой блондинкой с длинными вьющимися волосами и красивыми голубыми глазами, а вторая – темпераментная смуглая брюнетка, с темными бездонными очами.

– Я первая стала его женой, значит, я должна быть с ним! – кричала блондинка.

– Нет, он клялся мне в вечной любви! – возмущалась вторая (брюнетка).

Муж стоял, подавленный их эмоциональным натиском. Все, чего ему хотелось в этот момент – это исчезнуть, убежать, скрыться, чтобы не быть участником этой позорной сцены. И уж конечно, от осознания того, что за него дерутся, как за вещь, лишая его возможности быть завоевателем, победителем, желание быть с кем-либо у него начисто отпадало.

– Уйди, Кармила! Я тебе его не отдам. Слышишь, он будет мой и больше ничей! – активно наступала блондинка.

– Нет, уж, София! Он будет со мной, и точка! – заводилась еще больше брюнетка.

– Уйди!

– Сама уйди!

– Дура!

– Сама дура!

– Ах, так! Тогда ты его не получишь, – выпалила София, и, схватив своего возлюбленного за руку, стала уводить его в непонятном, только ей известном направлении.

– Нет, уж, постой! Никуда он с тобой не пойдет! – Кармила вцепилась в другую руку мужчины.

Обе они уперлись и стали тащить его в разные стороны, как гусенка.

– Постойте, что вы делаете? Прекратите немедленно! – возразил он, стараясь высвободиться от их хватки и в то же время сдерживая свое недовольство.

Но разгоряченные барышни даже не слышали его слов, полностью поглощенные свой мышиной возней.

– Отдай его! Я первая. Он мой, – бесилась София.

– Не отдам, он мой, будь ты хоть трижды первая – не уступала Кармила.

– Я буду его единственной. Пошла прочь!

– Чего захотела! Он меня будет любить всю жизнь.