Тайны мёртвых

Кто-то испуганно покачнулся, кто-то даже попытался сбежать. Ян и Инна не двинулись с места, наблюдая за всем этим действием словно со стороны.

– Все морды в пол! Руки за голову! – орал их командир. Они стали пинать и бить тех, кто не успел улечься.

– А, вот он, главный террорист! – орал командир, пиная Калки ногами, который спокойно лежал на полу.

В этот момент Ян не выдержал.

– — Не троньте его! – закричал Ян, подбежав и оттолкнув омоновца от учителя. – Это святой человек! Он ничего не сделал плохого! А вы, как бандиты в масках, скрываете свои лица, чтоб безнаказанно творить любые преступления, которые вам поручают делать демоны в погонах, и чтоб вас потом не могли привлечь за это!

Тут Яна огрели прикладом по голове.

– Ян! – крикнула Инна и заплакала.

– Старайтесь принять с любовью и эту ситуацию, – вещал Калки. – Шум только подчеркивает тишину, движение только подчеркивает покой.

– Молчи, колдун! – стал бить его мент.

***

Ян очнулся на полу в грязной камере. Рядом сидел чумазый бомж в рваных штанах с расстегнутой ширинкой и с любопытством рассматривал нового сокамерника.

– Закурить есть? – спросил он Яна, увидев, что тот открыл глаза.

– Пошел ты! – Ян попытался сесть. Голова болела невыносимо, к горлу подступала тошнота.

Бомж послушно отполз в угол и завозился с ширинкой.

На допросе жирный мент пытал Яна. Он отбросил зубочистку, подтолкнул к нему чистый лист бумаги и ручку:

– Давай, пиши, как вас тут готовили к терроризму. Если напишешь, то мы тебя не посадим, а так, найдем за что посадить тебя. Как говорится: был бы человек, а статья найдется. Нам дан приказ прикрыть вашу секту. Вас надо остановить, а то вдруг все вас слушать будут, как тогда народ в узде держать? А, давай, подписывай, что тут у вас оргии были, что насилие происходило, вымогали деньги, заставляли квартиры переписывать и повесили кого-то.

Ян молча смотрел на него, сдерживая напряжение. Дрожащие руки непроизвольно сжимались в кулаки.

– Че-то я не понял, чего сидим – кого ждем? Кина не будет, – мент радостно засмеялся своей шутке и снова сунул Яну под нос ручку.