Тимьян и клевер

– Мне, – серьёзно ответил мистер Барри. – Да только без толку. Я и сам не заметил, как уснул, а проснулся уже утром, да с таким похмельем, что и врагу не пожелаешь. Словно выпил пинты три самого мерзкого эля в Дублине! И что же это, если не колдовство фейри?

«Пьянство?» – чуть не оговорился Киллиан, но успел вовремя прикусить язык.

– Да, похоже на колдовство, – нехотя согласился он. – И как, сегодня тоже посадите на пороге сторожей?

– Разумеется. А почему это вы спрашиваете, мистер Флаэрти? – подозрительно осведомился Фергюс.

Киллиан набрал в грудь воздуху, чтобы решительно отказаться от этого бесполезного занятия, но потом представил возвращение Айвора с очередного удавшегося свидания. Пробуждение в пять утра в запахе дорого вина и ночных цветов; рассказ, красочно описывающий всё – от первого поцелуя и вздоха до пикантных финальных подробностей; ожившее одеяло, туго связывающее хозяина по рукам и ногам, чтоб не смел трусливо убегать; разгневанная Нив, проснувшаяся не вовремя из-за ругани и барахтаний этажом ниже…

– Э-э… Я так и собирался поступить, конечно, – обречённо выдохнул Киллиан.

– Я прикажу Люси поставить ещё один прибор на стол! – обрадовался мистер Барри и с энтузиазмом потряс руку собеседника. – Спасибо, спасибо мистер Флаэрти! Может, всё-таки эля?

– Нет, – стойко ответил Киллиан. В его личном списке эль по раздражающему эффекту подобрался опасно близко к компаньону.

До ужина он успел осмотреть подвал и даже частично простучать стены на предмет тайных ходов. Кое-где звук был странный, но мистер Барри пояснил, что никаких ходов там нет, а есть несколько пустот, в которых «на удачу» замурованы бочонки с элем и виски – три-четыре общим счётом. Двери запирались крепко, ключ имелся в единственном экземпляре и принадлежал самому хозяину паба, а сам подвал не оставляли без присмотра даже днём – на кухне постоянно вертелся кто-то из сестёр или их женихов.

– А воду эль превращается всегда именно ночью? – дотошно уточнил Киллиан.

– Только ночью, – клятвенно заверил его мистер Барри. – Днём – никогда.

Служанки ужинали отдельно, в своей комнатке, уже после того, как домывали посуду. Выбрав минутку, Киллиан наведался к ним и расспросил немного. Джейн больше отмалчивалась, а вот Люси охотно поведала всё, что знала:

– Ну, в доме этом, значит, я с малолетства работаю, вот.