Подарок ко дню рождения

Помнишь, мы его встречали время от времени? Но ни его телефона, ни даже фамилии я не знаю.

Василий налил ей еще один бокал, с которым Алёнка, не дожидаясь уговоров, быстро расправилась.

– М-да, дела. Ладно, я всё решу. А ты… – тут Василий задумался, он прекрасно знал характер своей жены, чтобы она быстрее пришла в себя, ее надо было чем-то занять, и чем скорее, тем лучше. – Давай-ка ты пока оповестишь всех ее знакомых, может, кто-то захочет попрощаться.

– А где же я их найду-то? У меня их телефонов нет.

– Ну знаешь, зай, тут уж сама подумай, или мне одному всем заниматься?

– Ой нет, Васенька, не одному, я всё сделаю, обещаю.

– То-то же… давай, действуй, а мне отъехать надо, с бумагами волокиты впереди много и, однако, у меня встреча, с совещания сорвался, а там люди серьезные. Тебя одну можно оставить? Ты как?

– Да нормально уже, – вяло отозвалась изрядно захмелевшая жена.

– Ну всё, я ненадолго, ты только больше ни на кого не набрасывайся с кулаками, а то еще в кутузку загремишь.

Он чмокнул жену в щёку, обнял ее покрепче и вышел. Алёнка осталась одна. Мысли после двух бокалов коньяка да еще и на голодный желудок вяло перетекали одна в другую, и она никак не могла на чём-то сконцентрироваться. Она упускала что-то важное, но что, никак не могла понять.

– Так, оповестить знакомых, – вслух сама себе сказала Алёнка, – у Веры Георгиевны рядом с телефоном лежала записная книжка, наверняка там есть все номера. Да, мысль хорошая, но как попасть в квартиру?

Она выглянула на лестничную клетку, там уже никого не было.

Можно было бы попросить помочь Гришаню, он был айтишником от Бога, вдруг он смог бы уж если не найти список контактов, то попробовать установить звонки соседки. Гришка – хороший знакомый Алёнки еще со времен общажной жизни.

Когда-то будучи молоденькой второкурсницей Алёнка, не выдержавшая разгульной жизни соседок по комнате в общежитии, переехала в блок, где обитал пятикурсник Гриша с двумя своими соседями. Комендант, с которой у юной Алёнки установились практически дружеские отношения, сжалившись над ее мучениями с соседками, предложила ей комнату.

«Ты уж не обессудь, комната так себе, сильно убитая, да и пацаны по соседству, но тихие. Зато будешь сама себе хозяйка.