Подарок ко дню рождения

У третьей стены напротив окна стоял хозяйский стол, за которым Вера Георгиевна частенько читала, уютно устроившись в обитом бархатом кресле, а в последнее время всё чаще и чаще с помощью Алёнки училась азам работы на ноутбуке, который семейство Вороновых подарило ей на прошлый Новый год. Сейчас же стул был опрокинут, а ящики стола раскурочены чьей-то безжалостной рукой. Алёнка, которая с огромным трудом взяла в себя в руки, увидев весь этот бардак, опять начала тихонько подвывать.

– Итак? Можете сказать, что тут пропало? – спросил Спиркин.

– Вы издеваетесь, что ли? Тут черт ногу сломит, как я пойму, чего именно не хватает? – выпалила Алёнка, решив вместо истерики спустить всю злость на несчастного Спиркина.

– Вы внимательно посмотрите.

– Точно… ноутбука нет, – сообразила Алёнка, – а еще в столе была шкатулка, маленькая такая, ничем не примечательная.

– С драгоценностями? – оживился рядовой следователь.

– Нет, там письма были и фотографии, ничего ценного вроде бы.

– Уточните, какие письма?

– Я не знаю, лишь один раз ее и видела, а когда спросила у Веры Георгиевны, чьи она письма хранит, та отшутилась про старую любовь и сменила тему.

– А где фигурка пилигрима? – подал голос Денис, который выглядывал из-за Алёнкиного плеча. – Она же раньше на столе стояла!

– И правда, – поддакнула Алёнка, – была фигурка, бронзовая, с гравировкой «Дорогой Верочке от Андрея». В семидесятых годах какой-то малоизвестный скульптор подарил ее соседке. У них был бурный, но короткий роман.

– У кого? – спросил Спиркин.

– У скульптора, – ответила Алёнка, – Вера Георгиевна называла, но сейчас не могу припомнить…

– Булкин?

– Не-а.

– Пышкин?

– Да нет же.

– Пирогов?

– Тоже не то… и вообще, чего ты меня сбиваешь… она прямо на языке крутится… а ты со своими хлебобулочными подумать не даешь.

– Женщина, почему вы мне тыкаете?

– Кто?! – задохнулась Алёнка от возмущения.

Последний раз ее так в роддоме называли.

– Что кто? – не понял опер.

– Как ты меня назвал?

– Ладно, Алён, давай еще одну комнату осмотрим и по домам, меня уже клиентки четвертуют скоро, – примирительно вклинился в их перепалку Дениска.

Как Алёнка ни старалась найти что-то еще в творившемся вокруг хаосе, больше ничего вспомнить она не могла.

Все трое проследовали в последнюю комнату, в которой при жизни соседки Алёнка никогда не была. Это была мастерская.