Амузия

– Я Макс, – я поднял руки.

– Умалишённый, что ли? – голос у нее был низкий очень, дидн мэтч с таким фейсом. Первый раз я даже подумал, что она, может, транс.

– Нет, просто хотел познакомиться. Ты в группу?

Она пожала плечами, но кивнула.

– Я тебя там не видел бифор. Ты нью?

– Я впервые здесь, – она наморщила свой носик так, словно от меня воняло.

Да, после реп мы часто выходим все в поту, но сразу в душ. Только потом я понял, что ей не нравится мой толк. Тома вся такая иксквизит была, как будто в шифоньере рядом с фарфором хранилась.

Мы прошли в студию. Я предложил помочь ей снять пальто. Она только фыркнула. Стянула его и повесила вместе с шарфом в углу. Волосы у неё оказались белые, как и брови. И вери шорт. Короче, чем у меня. Как у парня. Тома икстримли скинни, я сначала даже решил, у неё анорексия.

Стулья, как обычно, стояли в сёркле. Пипл уже сидел, но не все. Она заняла стул у колонны, я сел рядом. Смотрю на неё, я всё ещё пытался понять, не транс ли она, и рипит:

– Я Макс.

Тома даже не повернула голову, только покосилась на меня, и отвечает:

– Я поняла.

И всё. Пришёл наш куратор и представил её. Оказалось, она Тамара. Потом я узнал, что она фрикаут, когда её называли Тома. Ей больше нравилось Тамар. Уж не знаю, вай. – Тамара у нас первый раз, поэтому дадим ей слово, – сказал куратор.

Тома нехотя поднялась, натянула рукава на пальцы, так что остались видны только чёрные ногти, и бигэн:

– Меня зовут Тамар, я с детства страдаю от монохромазии, вижу мир бесцветным, – она прикусила губу, набрала воздуха и продолжила: – В этом обществе я оказалась, потому что вижу цвет, лишь когда слышу музыку.

– Давайте поддержим Тамару нашим обычным приветствием, – и мы начали крутить ладонями. Это как аплодисменты для глухих. Нам они нужны, чтобы никого не беспокоить вери лауд звуками.

Зэн она вернулась на место, и всё. Больше я от неё ни слова в тот день не услышал. Мы делали обычные практики, некоторые из них парные. Тома не присоединялась. Первый раз можно просто наблюдать, но большинство обычно джойн зе пати. Не она. Ушла первая, только куратору кивнула.

Толк у нас случился онли через несколько недель. Это было после митапа. Все расходились, а я стоял, натягивал куртку и был на колле.