Жуткие приключения в империи

Вмешиваться в чужие отношения не хотелось, да и советчик я, признаться, не самый лучший. Саму в программу по размножению включили за неимением других вариантов. Вот и сижу в другом мире, дабы с потенциальными женихами не сталкиваться.

Хотя порой, если честно, подумываю вернуться и учудить чего нехорошего. Может, примут за сумасшедшую и повременят с программой?

– Знаешь, – пробормотала я задумчиво. – есть у меня предложение, как разбить этот холод между вами. Однако сразу предупрежу, что за последствия ответственности не несу.

Касьян перевела на меня синие глаза, в которых сверкнул огонек азарта, но вопросов задавать не стала.

– Потом обсудим, – произнесла она негромко. – без свидетелей.

К этому моменту мы дошли до скамейки у прудика, в котором, перебирая перышки, величественно купались лебеди. Присев, мы обе призадумались, глядя на воду. Касьян, вероятно, размышляла о своем, а я помимо воли начала размышлять о том, как к ведьме подобраться. Сомневаться в том, что она готовит новый удар, мне не приходилось.

– Касьян, – вдруг произнесла я, сама еще толком не успев распознать мелькнувшую догадку. – кому ведьма служит?

Она призадумалась.

Да, Касьян неоднократно допрашивали, но какие бы вопросы не задавали, ответов найти не могли. Ведьма и сама не понимала, как так вышло, что она практически ничего не знает о своей наставнице. Ни имени ее ведьмовского, ни происхождения сил, ни место силы. Смогла она лишь приблизительно указать направление избушки, в которой ведьма ее воспитывала, да только находилась та в чащобе непроходимой их дикого леса, населенного под завязку нежитью.

– Какой-то твари черной. – уверенно кивнула ведьма. – Имени ее я не знаю, да только жертвы мы приносили, да ритуалы проводили…кровавые. Тьме она служит, как есть.

О том разговоре я размышляла до самого вечера. Ближе к ужину, устроившись на небольшом белоснежном диванчике у камина в выделенных апартаментах императорского дворца, я начала пролистывать справочник по нечисти в поисках ответов.

Тут добавлю еще один момент, крайне раздосадовавший меня и пробивший на язвительных смех Игната. В поддержку легенды о нашей с Ланфордом помолвке нам с ним выделили одни покои на двоих, совмещенные общей гостиной. К счастью, то было единственное общее пространство, а потому я даже не возмущалась особо. Нет, безусловно, свое недовольство я выразила, да только к первому же вечеру поняла, насколько правильным было данное решение.