Реальное волшебство. Сборник рассказов

Но что-то мы отвлеклись. Итак, что же происходило в офисе дипломатов за закрытыми дверьми?

– Давайте еще раз, четко и по порядку. – поставив на стол перед бледной и со взъерошенными волосами женщиной высокий стакан воды, попросила ведьма Владислава, присев обратно на свое место.  – Что у вас стряслось?

Сухопарая высокая женщина обхватила стакан трясущимися руками, украшенными всевозможными массивными кольцами и браслетами, и, резко выдохнув в сторону правого плеча, махом выпила все его содержимое до самого дна.

Сидящий на соседнем стуле темноволосый мужчина в черной, как сама ночь, одежде с торчащими из многочисленных карманов и складок всевозможными видами оружия, вскинул бровь, кинув на ведьму веселый взгляд. Ему, наемнику, редко приходилось болтать с клиентами в головном офисе в столице, все как-то больше по другим мирам, а там контингент попроще: не понравилось чего – на магическую дуэль или просто в глаз. Опять-таки, все от места пребывания зависело.

Владислава, проигнорировав взгляд Игната, невозмутимо глядела на клиентку.

– Горе горемычное! – отодвинув в сторону стакан, громко воскликнула женщина, со всей преданностью и отчаянием, на которые была способна, заглядывая в глаза ведьме.

– Это мы уже слышали, – кивнул Игнат, вытащив из кармана жилета острый короткий нож, которым принялся чистить ногти.

– Произвол неписанный! – послушно исправилась женщина, усилив интонацию голоса.

– Тоже было, –  вздохнув наемник.

– Катастрофа катастрофянская! – натурально взвыла клиентка, судорожно вцепившись в руку Владиславы, мирно лежащую на столе.

По обыкновению, в это время ведьма была где-то в непроходимых лесных чащобах, разыскивая сбежавшего лешего, или в тайге, удирая от взбесившегося вурдалака, или в болоте, по уши погрузившись в тину и грязь, дабы выловить, наконец, болотника и поговорить с ним по душам.

Вот вы спросите, что это за работа такая? И я бы вам даже ответила, да только цензура – дело гиблое. Так что скажу вам то, что говорит обычно Влада: «Работа, конечно, сложная, но зато любимая – дипломат по установлению контакта с нежитью».

Хотя термин этот, конечно, употреблять в прогрессивный век нельзя. Все же леших, водяных, домовых и прочих существ, которые заботятся о принадлежащих им территориях и сами по себе несут только пользу, если им не угрожает опасность, нельзя считать вреднокачественными созданиями. Поэтому в своей работе Влада использует нейтральный термин «добрые и не очень духи».