Магнолии были свежи

Рев машины все приближался и приближался, а она старалась наблюдать за миниатюрной букашкой, которая ползла по стеблю цветка. Внезапно рев машины затих, и она решила, что та проехала, и посильнее зажмурилась, чтобы злые глаза Джона больше на нее не глядели. Солнце светило так сильно, что в темноте у нее пошли цветные пятна, и ее замутило. А потом раздался голос.

– Мисс Стоунбрук, вы же знаете, что вас видно за этим кустом папоротника?

Мадаленна даже не стала поворачиваться. Недавняя приязнь прошла; сейчас ей было ненавистно все человеческое, и даже мистер Гилберт не мог избежать этого гнева, несмотря на то, что он был спасителем Дикси.

За такой грандиозный поступок лучшей благодарностью было не видеть ярости Мадаленны.

– Я бы хотела побыть одна, мистер Гилберт, прошу вас, не мешайте мне. И это лопух, в наших краях папоротники встречаются крайне редко.

Она думала, что он уйдет, но дверца машины хлопнула, и когда поднялся ветер, она почувствовала знакомый запах елового одеколона; захотелось чихать.

Мадаленна отвернулась от мистера Гилберта еще дальше, так, что перед ней теперь стояли только метровые ели, ветки которых доставали до небес.

– Я прекрасно вас понимаю, и обязательно вас оставлю. Только позвольте мне задать один вопрос, хорошо?

– Пожалуйста. – Мадаленна дернула плечом, и сонная муха слетела с ее плеча.

– Как вы собираетесь добраться до дома?

Вопрос был резонным; вопрос был острым, и Мадаленне пришлось признать, что на это ей было ответить мало чем.

Любой ее отказ звучал бы глупо, однако сейчас, когда волна гнева и одиночества гнала ее, ей было все равно, и вариант просидеть здесь весь день без еды и воды казался вполне подходящим.

– Не беспокойтесь, доберусь.

– О, в этом я не сомневаюсь. – она не видела его лица, но знала, что мистер Гилберт улыбался. – Но вы уходите от ответа и отвечаете не на тот вопрос. Я спросил, как вы собрались добираться?

– Пешком.

– Прекрасно. – по звуку голоса мистер Гилберт подошел немного ближе, и Мадаленна резко встала со своего сиденья.

 – И сколько по времени вы собираетесь добираться до дома пешком?

– Может быть час. – Мадаленна уже начинала терять терпение. – Может быть два.

– Блестящие подсчеты! А с учетом солнцепека и того, что вы можете свалиться в обморок?

Терпение лопнуло, и она, недовольная, сердитая, повернулась к своему знакомому собеседнику и сразу же натолкнулась на старую улыбку – немного насмешливую, но мягкую.