Полутьма

аши надламывается, а я киваю, – но он мертв, Сим.

– Ты видела его тело? – сложив руки на груди, я наклоняюсь к ней – Или знаешь того, кто видел?

Даша нервно сглатывает слюну и отворачивается к двери. Почему-то молчание давит на меня. Хочется схватить ее за плечи и хорошенько тряхнуть, но девушка, закусив губу, поворачивается и внимательно вглядывается в мое лицо.

– Сим, – кончик ее языка мелькает между губ, – ты понимаешь, что нездорова?

– Началось, – закатив глаза, я отхожу к плотно занавешенному ок.

ну.

– Ему было больше двух тысяч лет, Сим! От него не осталось бы и горсти праха, понимаешь?

– Тогда почему они просто не пришли ко мне? – прошипела. я. – Пошли к участковому. Зачем?

– Ты пьешь свои лекарства? – спокойно спрашивает Даша, а я, зашипев, вцепилась в подоконник. – Сим, успокойся. Я узнаю все, что смогу, но это правда кажется паранойей.

– Этот мудак жив, Даш, – скриплю сквозь зубы, чувствуя, как кровь загорается пламенем, – я его кишками чувствую, понимаешь?

Со вздохом Даша поднимается со стула и достает новенький 11-й айфон.

– Говори имя хозяина дома, запишу себе и пробью.

– Вагнер Сергей Дмитриевич, 1987 года рождения, – зажмурившись, вспоминаю строчку из домовой книги, куда вносили меня после получения «наследства», – место рождения город Дрезден, Германия. Но он русский, в этом сомнений нет.

Звук, что раздается каждый раз, когда ее палец касался экрана, прекратился еще на отчестве. Жду, когда Даша допишет данные, но лишь слышу, как она глубоко втягивает воздух.

Повернувшись, разглядываю растерянное лицо подруги, что невидящим взглядом уставилась в телефон. Она не моргает.

– Даша?

– Сим, – девушка кашляет и поднимает глаза, в которых плещется боль, – это наш сотрудник.

– Чего, б… – сглатываю, вспоминая, что обещала себе не материться, – что?

Глава 4

Она молчит слишком громко для моего мозга. Смотрит вниз и ковыряет носком, обтянутым в тонкий чулок, пол. Я вижу Дашкины плотно сомкнутые губы.

Внутри все сжимается. Желание выплеснуть огненный кусок пламени изнутри невыносимо. Сгорать заживо, снова и снова, долбясь в чертовой агонии. Я понимаю это выражение. Прекрасно, мать его, понимаю, почему она так себя ведет.

– Он – вампир? – шиплю я сквозь зубы, с трудом удерживаясь на месте.

– Никто не знает наверняка, Сим, – тихо шепчет она, вновь поджимая губы, – но работает он там же, где, – она замолкает, не поднимая взгляд.