Рассекая лёд: Обжигая меня

Хоккеист.

Вау, мило. Никогда не думала, что спортсмены возят с собой инвентарь. Да вообще не моё дело!

Лифт остановился, парень, поправив лямку сумки на плече, неспешно, но уверенно шагнул на выход.

Цокая каблучками и я поспешила на улицу. По дворовой дорожке, прямо к представительскому авто.

Высокий, громоздкий Лексус. Бронированный и тонированный.

Пока шла по скользкой придомовой дорожке, страшась навернуться, водительское место покинул Рамазан Изоев, или проще Рамаз. Водитель, и по совместительству личный помощник-телохранитель Костика.

У Доровского несколько телохранителей, но только с Рамазаном он постоянно и везде. Любые встречи, переговоры, праздники. Изоев был Константину больше чем работник. Иногда казалось, что сын. Пусть не родной, но к советам Рамаза Доровский прислушивался, если конечно тот вообще решал заговорить, а это было крайне редко. Чаще он просто… убивал взглядом.

Я бы решила, что он глухонемой, если бы сама не слышала его низкий, шершавый как наждачная бумага, голос.

Рамаз был жутким. От него у меня всегда мурашки по коже высыпали. Он пугал даже сильнее Костика, потому что никто не знал, что у него в голове.

Доровский не скрывал и не таился – говорил, что думал и делал, что желал, а Рамаз – тень, от которой не знаешь чего ждать, но точно ничего хорошего. Он скорее прикопает, чем спасёт. Скорее опустит, чем поддержит.

Что и делал, и ему это сходило с рук!

Вот и сейчас стегнул мраком тёмным глаз – пустым, но с оттенком неприязни, распахнул передо мной дверцу без учтивого приветствия.

– Привет, – шаблонно порадовалась встрече с Доровским, ныряя в машину на заднее сидение, где меня ждал Костик.

– Доброе утро, – поцеловал меня коротко любовник.

Встреча прошла без каких-либо эмоций.

Константин сообщил, что у него намечался очень важный проект, а так как я официально его помощница, значит буду его сопровождать.

Доровский не всегда меня посвящал в дела, хоть и таскал по всему миру.

Но при этом видела, слышала и понимала куда больше, чем стоило. Потому знала точно – мы повязаны, и если на дно пойдет Костик, моё место будет рядом с ним. Признаться, я даже с этим смирилась и другой жизни не представляла.