Любить как своего

Она, как я, прислонилась лбом к разделительному стеклу, и во все глаза жадно следила за происходящим в комнате с младенцами.

– А ты не слишком мала, чтобы здесь быть? – нарочито строго брякнула я, озадаченная неуместным появлением девочки и нашим странным разговором.

Малышка на меня покосилась с какой-то взрослой задумчивостью, даже прощающим упрёком:

– Нет, конечно, я уже взрослая! И скоро это будет моей работой. Поэтому смотрю. Учусь! – деловым тоном заявила, подтверждая слова частыми кивками.

Важность малышки нелепо смотрелась в совокупности с невинным обликом и мягкой игрушкой, которою она так крепко обнимала, словно это была её неотъемлемая часть.

– Ого, – опешила я, с уважением посмотрев на девочку.

Навид ей было не больше пяти. Худенькая, бледная, с невероятно длинными, тёмными волосами, водопадом ниспадающим до талии.

Кукольно красивая…

Будто из другого мира… ангелочек!

И только белая пижама ясно говорила о том, что девочка –  пациент больницы, просто из другого отделения.

– Хочешь стать врачом? – зачем-то уточнила я.

– Конечно, – опять кивнула девочка. – Хочу работать с детьми. Особенно спасать вот таких маленьких…

Её целеустремлённость меня, честно сказать, покорила.

Уважаю людей, которые знают, чего хотят от жизни.

Просто, казалось, что в таком юном возрасте, иметь такую глобальную и ясную цель, это что-то невероятное.

– Там ваш малыш? – кивнула девочка на разделительное окно.

Меня в очередной раз покоряет её прямолинейность.

– Нет, – на автомате брякнула и я, и тотчас поправилась: – Да, – тихо, на выдохе, путаясь в мыслях.

– Странная вы, – пожала плечами девочка, – и да, и нет, – пожевала губу и подытожила: – Какая же вы мама, если ещё не определились ваш малыш или нет?

– А тебя точно не будут искать? – Вместо ответа на неудобный вопрос перешла в наступление я, продолжая смотреть в разделительное окно на сына Алины и Дениса.

– А зачем меня искать? – фыркнула легкомысленно малышка.

Я даже немного растерялась такой непосредственности.

Не успела задать следующий вопрос, входная дверь в наше помещение распахнулась и на пороге застыл мужчина лет сорока – сорока пяти. Видный, симпатичный и очень… хмурый.

– Вот ты где, – шумно выдохнул мужчина, совершенно не походя на врача. Скорее как взволнованный родитель.