Фантош для оборотня. Посвящение, или Игры насмерть!

Стискивала кулаки и испепелила меня откровенной ненавистью. Я ощущала на животном уровне ярость соперницы и то, что она едва держалась, чтобы не вцепиться мне в глотку. Она сильнее, но не подавляла, как мощь Демьяна. Поэтому я стойко выдерживала ментальную атаку.

– Помолчи! – заткнул благоверную Градов и прервал кормление Роберта. Лизнул рассечение на руке и отступил. Порез почти сразу же затянулся. Понаблюдав за махинацией твари, задумчиво посмотрела на Роберта. Взглядом пробежалась по его телу. Мужчина стал выглядеть чуть лучше, но всё равно до отвращения… Франкенштейном: лиловые швы, кровавые подтёки, синюшные пятна.

– А моя слюна тоже лечебная? – с надеждой уточнила у Демьяна, ведь в голове зарождалась глупая, отчаянная, фривольная, зато идея.

– Даже не думай об этом! – тихо, но вкрадчиво пригрозил Демьян. Гениальная мысль тотчас испарилась. – Твой язык будет лишь по мне скользить!

– Я бы посмеялась с тобой, да боюсь, мое чувство юмора атрофировалось, – подметила кисло.

– Да сколько можно?! – возмутилась Елиния. – Она всего лишь бродяжка! Человеческая шлюшка-фантош.

– Молчи! – рыкнул Демьян, и его жена тотчас умолкла. Было видно, как она разрывается от желания выплюнуть всю злобу на меня и на ситуацию, но Градов продолжил с расстановкой: – Ты знала, что у меня есть одна слабость. Я довольно долго её избегал, но теперь тебе придется с ней мириться! – Елиния завопила сквозь сжатые зубы и плюхнулась на соседний диван, водрузив ногу на ногу.

– Жаль, меня не спрашивают. – тихо вклинилась в разговор, за что была награждена жутким обещанием:

– Об этом поговорим чуть позже. – голос Демьяна звучал глухо, – когда Роберт очухается!

– Если очухается, – поправила, бурча себе под нос. – Так ты не ответил, – решила добиться более чёткого ответа на свой вопрос.

– Нет, ведь ты обращение! – Градов поджал губы, а желваки, ходящие вверх-вниз, выдали степень его недовольства.

Досадливо вздохнула и обреченно протянула ладонь к Демьяну:

– Плюй!

– Мил… – сощурился с сомнением Градов.

– Ты будешь не против, если на меня плюнет другой? – перебила, глядя самым невинным образом.

Более веского довода оказалось не нужно. Оборотень одарил мою руку своей днк, и я её тотчас размазала по груди Роберта.