Чёрное сердце. Часть 1. Ненависти вопреки

Вторая же, исходя из предположенного, также не попадает в цель – проходит мимо и сердца, и лёгкого. Слава богу, а так бы финал был куда трагичней.

Стас, несмотря на ранения, мужественно держится на ногах и даже умудряется выбить у одного из нападавших пистолет, – преступник, как раз производит следующий выстрел, – он-то приходится охраннику уже в бедро. Пока обезоруживает одного, другой со спины оглушает. Дальше нападение переключается на меня. Нерешительно интересуюсь, а кто спас меня? Надеюсь услышать: ваш муж, но когда звучит ответ, затыкаюсь.

Андрей Влацлович слегка перестарался, по словам полицейских. Одному из преступников ломает ноги, несколько рёбер, а второй отделывается не только сильнейшим сотрясением, но и свёрнутой челюстью.

«Видимо, поэтому и говорить отказывается…», – мысленно иронизирую.

Мичурин навещает меня пару раз – как всегда поднимает настроение непринужденными шуточками и подколами. Рыбаков заезжает на часок – чмокает, проверяет психологическое состояние ненавязчивыми вопросами и, разговорившись с лечащим врачом, покидает палату.

Аппетит просыпается. Хожу уверено. Чуть плечо ноет – в остальном отлично. Силы возвращаются, крепну на глазах. Как итог, после недельного пребывания в очередной раз подвергаюсь безжалостному осмотру врача.

– Заживает на удивление быстро, – не скрывает удивления женщина. Убирая толстые слоя бинтов и оставляя на ранах лишь небольшие пластыри. – Признаться, подобная регенерация редка. Температуры нет, жара – тоже. Слабость пройдёт, нужно только хорошо питаться.

В остальном… даже не знаю, что сказать, – пожимает плечами. – Можно выписывать, а с полицией разберётесь сами. Вне больницы.

Ивакин расцветает, жмёт врачу руку:

– Спасибо, Анжелика Матвеевна.

– За выпиской зайдёте в кабинет, – обращается доктор к Вадиму. Поворачивается ко мне: – А вам – больше не подставляться под пули, – мило улыбается и выходит из палаты.

***

Сборы быстрые – муж суетится: вещи, документы, справки, выписки. Оставляет изредка и то, под бдительным оком Александра, а мне наказал, как только приведу себя в порядок, выходить.

Никитин примчался, как только разрешили посещение. Спасибо, на мозг не капает: «Я же говорил, мой ангел». Умный, понимающий. Эх! Сама всё знаю. Теперь уж точно буду осторожнее. Только сначала пора в реальность выходить, встретиться кое с кем. Поблагодарить… В животе стягивается узел, сердце болезненно сжимается, в душе томится сомнение – гаденько всё получилось.