Слёзы Невинных

– Я читал о твоей жизни, сын мой.

– Она скучна, как осенний дождь, святой отец.

Пропустил мимо ушей, что я его назвал так. Неплохо, значит и так тоже можно, или я угадал.

– Очень образное сравнение. Наверное, ты романтичная и возвышенная душа.

Перестав подсчитывать способы воздействия на него, я с искренним изумлением воззрился на святого отца.

– Простите, но я никогда не считал себя таким. Я грешен, и…

Он поднял бледную руку, прерывая мою речь.

– Ты когда в последний раз исповедовался?

Никогда.

Я что, совсем дурак что ли? Да и какой священник после этого не выдаст меня инквизиции? Ну, это риторический вопрос.

– Вчера вечером, отче.

Я вновь скромно потупил глаза, стараясь показать все свое рвение в вере.

– Это похвально, сын мой.

Еще бы. Сомневаюсь, что тут хотя бы раз в неделю посещают исповедальню.

– Стараюсь.

Я позволил себе вздох, от которого чуть не снесло стены. Утрирую, конечно. Но зато аббат обратил на это внимание, и теперь приглядывается ко мне. Ха! А я еще не так могу.

И злобно зыркнул на свою лисицу. Кицуне попятился, но не ушел, продолжая насмешливо скалиться, а кто сказал, что лисы не умеют таких вещей? Очень умеют, по крайней мере, моя лисица.

– Посмотрев на тебя, сын мой, я пришел к определенному выводу.

Он видимо ждет вопроса? Могу и спросить, но не буду.

– Тебе неинтересно?

– Если вам, святой отец будет угодно рассказать, то я выслушаю. А если нет, то этот вопрос не имеет смысла.

– Ловко. Я еще больше уверился в том, что мое мнение верное.

Он сложил тонкие пальцы, сверкнув перстнем. Рубин, самый настоящий, и совершенно не дешевый. Ну и нищие там живут. Я бы тоже не отказался от обета нищенствования, если у меня будут такие лохмотья и власяницы.

– Я не собирался принимать место учителя богословия в этой школе, но меня остановило одно обстоятельство. Понимаешь, сын мой, мимо духовных семинарий чаще всего проходят настоящие таланты. Поэтому я решил, что стоит дать пару уроков и присмотреться к ученикам.

Ты заинтересовал меня своей любознательностью и эрудицией. Обычно, даже семинаристы не заглядывают дальше лекций и учебников.

Ого, какая длинная речь. Будь я блондинкой, то заснул бы уже после первой запятой. К счастью, я не блондинка, а рыжий, поэтому мужественно терпел все это. Затем быстро переварил эту информацию, и понял, что меня хотят сделать священником. Ненавязчиво отодвинувшись в сторонку, я наступил на Кицуне, и не позволил ему открыть наглую варежку.