Декада Джонс: Проклятие Падших

Окей, это было странно… Ну ладно, потом спрошу у брюнета, кто это такая.

Первым уроком у нашей старшей группы была расология – идти далеко не пришлось. Вся группа столпилась у кабинета, и эта пепельноволосая тоже стояла там, только Эрика рядом с ней уже не было. Но я все равно не решилась подойти, потому что что–то мне подсказывало – ничего хорошего это знакомство не сулит. Я пристроилась в самом хвосте группы, прислонилась к стенке и раскрыла «Великое начало» на странице, где закончила вчера, как вдруг у меня из рук выдернули книгу.

Я дёрнулась, отшатнулась и резко приняла боевую позицию, не задумываясь, поставила блок – думала, что это снова Новиков, но оказалось, что это совсем не он. А напротив меня стоял очень удивлённый Эрик.

– Ты чего это? – поднял бровь он, протягивая мне книгу. Я только вздохнула, поправила юбку и спрятала книжку в сумку–почтальонку.

– Да ничего… Подумала, что это снова Дмитрий, – фыркнула я и пошла следом за всеми в класс. Расположилась на самом верху аудитории, где никто не сидел.

Смотря, как рассаживаются девушки и парни, так непохожие друг на друга и на обычных людей, я вдруг почувствовала себя дома, и поэтому не заметила, как рядом села девушка–дриада.

– Привет, – тихо сказала она, глядя на меня своими золотисто–карими глазами.

– Привет, – стараясь сохранять спокойствие и не отсесть подальше, я продолжила выкладывать принадлежности, в которые входила только тетрадь для записи лекций и пенал.

– Я Нова, – улыбнулась зеленокожая. – Дриада.

А ты Декада Джонс, падшая.

Утверждение, а не вопрос. И что на такое отвечать, интересно?

– Эм… ну да. Тебе Эрик сказал?

– Ага.

На этом наш разговор закончился, потому что в аудиторию вошёл профессор Гилберт, оказавшийся мужчиной–дриадой (что бывает очень редко, если верить учебнику). Я видела, как Нова улыбнулась профессору и уткнулась в тетрадь, начиная что–то в ней рисовать. А тем временем профессор начертил на доске иерархическое дерево рас, поместив на самом верху Ангелов, предварительно объяснив нам, что эта раса вымерла.

Причем говорил он о них с таким благоговением, что любой священник позавидует. Ниже ангелов он поместил всего две расы – Падших и Оборотней, объяснив, что их способности превосходят способности других. В этот самый момент на меня глянули два почему–то ярко–жёлтых глаза Дмитрия с нескрываемой ненавистью. Вот оно что… Падшие и оборотни всегда ведь ненавидели друг друга! И только потому, что боролись за власть.