Декада Джонс: Проклятие Падших

– Отец, ты не объяснил ещё нашей малышке про пентаграмму? – высокий мужчина, нет, скорее, парень все ещё улыбался, но спросил уже с каким–то упрёком, как будто не он был младше.

– Еще не успел, Эрик. Что ты здесь делаешь? Я же велел тебе ждать в Жёлтой Зале, чтобы забрать оттуда Декаду, – холодно произнес Уильям. Эрик молча улыбнулся мне ещё раз, развернулся на каблуках и зашагал из комнаты, даже не дав мне шанса рассмотреть его получше. А на меня снова глянули два холодных голубых глаза.

– И так.

Как уже сказал мой сын, – мужчина выделил последнее слово, практически процедив его сквозь зубы, но тут же оправился и продолжил таким же неприятным отчуждённым тоном, – в середине зала выгравирована пентаграмма. Но, конечно, не для красоты. Встань ровно посередине. Ровно! Вот, отлично.

Я чувствовала себя как–то неудобно и глупо, стоя прямо посередине зала – ещё этот мужик так смотрел, жуть! И в следующий момент я словно ослепла и оглохла – в ушах зазвенело, а от яркого света, неожиданно окутавшего меня, пришлось зажмуриться.

А стоило мне открыть глаза, как мне приветливо замахали те самые существа с потолка в том зале.

«У меня что, галлюцинации?»

Потребовалось несколько секунд, чтобы я заметила среди всех этих галлюцинаций одну самую массивную – ту самую женщину с крыльями с центра потолка. И в руке она держала точно такой же меч!

– Назови своё имя, – точно робот, произнесла женщина без единой эмоции. Существа, до этого плясавшие вокруг, так и норовившие меня обнять и утащить в свои пляски, замерли и расступились в ровные линии.

Мне даже показалось, что крылатая их пугала.

– Декада Джонс, – так как я все ещё думала, что это галлюцинации или сон, голос не дрожал. Просто было немного удивительно за всем этим наблюдать.

– Cecidit, – тем же голосом вынесла свой вердикт женщина. И сама же испугалась собственных слов – широко распахнула глаза, взмахнула мечом…. Снова яркий свет охватил меня, я только и успела заметить, как маленький мужичок с козлиными ногами попытался схватить меня за руку, но тут же был утащен крылатой женщиной.

Бах! При падении я больно стукнулась локтем и коленкой. Черт, точно синяки останутся!

– О, Декада! – тот же самый голос, что я слышала в том зале…. Эрик, кажется. Ну да, точно, он. Этот красивый и, в отличие от его отца, улыбчивый парень. Теперь, с открытыми глазами, я могла понять, что же произошло.