Дневник революции. Трилогия

– Мы на планете Ансу?з,– сказал Барни, подойдя ко мне. Сольвейг села в кресло к пульту управления.

– Я что-то пропустил? – не унимался я.

– Я сама не понимаю, что происходит. Планета Райдо находится дальше. Мы правильно составили маршрут, и она уже виднелась. Но почему-то пролетая рядом с Ансуз, корабль остановился. И теперь нас тянет к земле. Все это произошло буквально в считанные минуты. Мы пытались найти какую-то информацию об этой планете и о том, что происходит. Нам удалось найти лишь ее карту, и на данный момент мы знаем наверняка только то, что мы уже очень близко к одному из самых больших вулканов этой планеты, – от такого неожиданного поворота событий я присел на диван и попытался все это как-то осознать.

– Скорость, с которой нас притягивает, не меняется – заметил Барни, подойдя к пульту управления.

– Да, – подтвердила Сольвейг, – это значит, что уже через несколько минут мы окажемся в опасной зоне. Я не могу ничего сделать, не могу увести корабль. Все приборы в норме, но мы попали в сильнейшее магнитное поле.

Вдруг, корабль резко затрясло, и настала тьма. Я оказался на полу на коленях и не видел ничего, а слышал только свое сердцебиение и дыхание. Мгновение спустя, я увидел свечение, как и тогда, на планете Совуло. Это была Сольвейг. Она лежала на полу лицом вниз. Я, не поднимаясь с пола, подполз к ней.

– Сольвейг, – позвал я. Но она так и лежала неподвижно. Перевернув ее и увидел кровь. Видимо, когда затрясло корабль, она, так же, как и я, упала и ударилась головой.

Мной овладела паника. Я озирался по сторонам, пытаясь найти Барни. Я хотел крикнуть, но горло, будто сдавили, голос пропал, я не мог произнести ни слова. Это было похоже на самый ужасный кошмар, конца которому нет.

Через несколько секунд корабль снова затрясло. Я крепко держал Сольвейг. Нас откинуло в сторону дивана, за который я уцепился одной рукой. И тут включился свет. Он ослепил меня, и мгновение я ничего не видел. Когда зрение стало возвращаться, я увидел Барни, видел как двигаются его губы, но ничего не слышал.

Только мое дыхание и сердцебиение. Брат стал трясти меня за плечи, и только спустя несколько минут я полностью очнулся.

– Аск, ты в порядке? – Барни был сильно взволнован, – Что с Сольвейг? Я звал вас, ты не слышал? Я посмотрел на нее. Кровь мне не привиделась тогда в свете нашей связи.

– Скорее найди аптечку, – сказал я, язык у меня заплетался. Когда он убежал, я принялся осматривать Сольвейг, чтобы найти рану.