Успеть до полудня

Смена, знаете ли, – читайте в моих глазах: я зла, поэтому выметайтесь из моей квартиры.

И не дожидаясь их реакции, я вышла в спальню. Взяла в шкафу рабочую одежду, переоделась в ванной, и, подхватив рюкзак, вернулась в гостиную.

В комнате царил порядок. Стол был убран. Посуда, сверкая чистыми стенками, стояла на полках навесного шкафа. Мастера Игуро я в комнате не обнаружила, зато за кухонной стойкой находился Эрам, и, вытирая руки вафельным полотенцем, буравил меня темными, как самые потаенные уголки моей души, глазами.

– Бельчонок, а ты ничего не забыла? – о, спасибо, что напомнил блохастый неблохастый!

– Забыла! – проговорила я и, решительно подойдя вплотную, ткнула пальцем ему в грудь. – Какого дохлого вурдалака ты позволил себе меня вчера раздеть?

Да, со стороны мы, должно быть, смотрелись весьма забавно. Маленькая я, ростом ему с подмышку, стучу указательным пальцем по его рельефным плитам груди. Обхохочешься… Но было не до смеха.

– Я позволил себе в той ситации все, что посчитал необходимым, – сдержанно ответил Эрам, но вокруг него разлилось обжигающее, но ещё пока сдерживаемое возмущение.

– Я против подобных вольностей, – нехорошим тоном, все с той же решительностью заявила я.

– Это был мой способ позаботиться о твоем комфорте.

– Я против, – в очередной раз упрямо затянула я.

– А я против того, чтобы ты шагала по граням предков ради расследований, – воздух вокруг Эрама уплотнился, дышать стала значительно тяжелее, он уже обжигал легкие, как в раскочегаренной парной бани.

– Куда хочу, туда и шагаю!

– Если ты сама не можешь позаботиться о себе, то тебя нужно подтолкнуть в правильном направлении.

– Знаешь, единственное, что я хочу сейчас подтолкнуть, – это чашку в твоём направлении, – грозно рыкнула я, сжимая плотнее любимую кружку. Посидела, посверлила его колючим взглядом и, четко выделяя каждое слово, произнесла, – Я. Делаю. Свою. Работу.

– Твоя текущая работа – уже выцеживал сквозь сжатые зубы Эрам, – это ремонтная мастерская старшего Матори! А все остальное – личная инициатива маленькой девочки, считающей себя должной общине оборотней и ее альфа-предводителю!

– Ты ничего обо мне не знаешь! – выпленула практически по слогам ему в лицо.

Стояли мы близко, я – высоко задрав белоснежную голову, он – опустив свою с извивающимися, будто змеи, черными волосами.

– Того, что я видел, мне достаточно! Ты безрассудно суешь свою белобрысую макушку в каждую возможную петлю.