Назови мне свое имя

 – Может, послушаем музыку?

– Музыку? Что тут может быть за музыка? Какой-нибудь подпольный фолк?

– А чего ты ждешь? Это же не Карнеги-холл.

– Моника, ты же знаешь, что мне завтра рано вставать.

Протискиваясь сквозь толпу, мы подходим к стойке. Очереди нет, но все стулья заняты – видимо, концерт вот-вот начнется.

– Два пива, – Пол протягивает бармену деньги.

Я разглядываю людей, барабаня пальцами по деревянной поверхности.

– Ты что, расстроилась? – Пол тянет за концы моего шарфа, разворачивая меня лицом к себе.

– Ни в чем.

– Моника, ты ведешь себя, как ребенок. Мы остались в Андерленде, потому что ты так хотела. Мы весь день шатались по лесу. Мне завтра рано вставать, и да, я не готов торчать тут в толпе ближайшие пару часов. У меня важная встреча.

Я киваю. Пол притягивает меня к себе и быстро целует в нос.

– Сейчас мы купим пиво, пойдем в гостиницу… – он поворачивается в сторону бара и повторяет:

– Будьте добры, два пива.

Я поворачиваюсь следом за Полом. Сегодня пожилого баварца сменил молодой мужчина – высокий, широкоплечий, в клетчатой рубашке, с темными вьющимися волосами. Он стоит с купюрой Пола и смотрит в нашу сторону, замерев, как статуя. Точнее, он смотрит на меня, причем так, что я начинаю краснеть. Я всегда считала себя симпатичной, но не так, чтобы слишком, – я не помню ни одного случая, чтобы мужчины, глядя на меня, теряли дар речи.

– В чем дело? – спрашивает Пол, хмурясь. Конечно, от него не укрылся странный взгляд бармена.

– Два пива, пожалуйста, – говорю я на немецком.

Бармен слегка вздрагивает, как человек, заснувший в неурочном месте, прокашливается и с мягкой улыбкой отвечает:

– Конечно, фройляйн.

– Почему он так на тебя смотрит, вы знакомы?

– Конечно, нет, – отвечаю я Полу, а потом снова обращаюсь к бармену:

– Так вы не говорите по-английски?

– Да, то есть, нет, то есть… это не важно, – отвечает он на немецком.

– Любого, в бутылке или банке.

– У нас много разного пива, – медленно говорит он, внимательно глядя на меня. – Фильтрованное, нефильтрованное, темное, светлое. Баварское, австрийское. Бельгийское. Чешское. Безалкогольное.

– Это неважно, давайте любое.

– Ну как не важно? Вы явно не из Андерленда. Вы здесь проездом?

– Не совсем. Это важно?

– Моника, что происходит? – в голосе Пола слышится явное раздражение.